Немного погодя обострившийся слух юноши уловил музыкальное журчание бегущей воды.
Гэп быстро пополз к ней, часто останавливаясь, чтобы на слух определить направление. Он мог бы подняться и пойти, но эта мысль даже не пришла ему в голову. Вскоре обожженные крапивой и изодранные колючками руки ощутили блаженную прохладу бегущей воды и песчаного дна. Маленький ручеёк для слабеющего юноши был не хуже реки. Оруженосец медленно наклонился к его поверхности и сделал большой глоток.
Он старался не заглатывать воду слишком жадно — глоток, потом перерыв, ещё один глоток. Несмотря на своё болезненное состояние, юноша прекрасно понимал, чем грозит быстрое насыщение после столь долгого обезвоживания.
«Первая задача выполнена, — подумал он, гордясь собой. — Теперь еда...»
Оруженосец не стал тратить время на поиск проторенного им же пути до опавшего дерева, из которого он пил. Когда же он снова наткнулся на него, врезавшись головой, то стал аккуратно ощупывать ствол. Какие-то начальные знания о том, как должны пахнуть и какими быть на ощупь съедобные грибы, у Гэпа имелись. За это надо было сказать спасибо Лесовику, благослови Куна его дикое сердце! На дереве обнаружилось множество личинок и различных насекомых, спрятавшихся в прогнившей коре.
Юноше не пришлось останавливать себя, как во время питья, потому что даже крохотный кусочек пищи найти было непросто.
Долгий поиск съедобных личинок утомил его, однако чувство голода немного притупилось. Гэп нарвал охапку листьев папоротника и устроил из них ложе под прикрытием упавшего дерева. По сравнению с каменистой поверхностью туннелей — настоящая перина.
Вдохнув аромат ночного леса, он только сейчас осознал, насколько измождён.
Ещё секунда, и юноша крепко уснул.
* * *Гэп неожиданно проснулся. Он резко сел, сильно ударившись головой о ствол дерева, и инстинктивно подавил готовый вырваться крик. Что-то в ночном лесу его разбудило.
Он не смел даже дышать, продолжая таращиться в темноту. Холодный предрассветный воздух заставил содрогнуться. Гэп был уверен — рядом кто-то есть, он чуял... Однако юноша не услышал и не увидел ничего, чтобы говорило бы о надвигающейся опасности. И только приглушённые голоса ранних птиц нарушали тишину. Оруженосец видел вокруг отяжелевшую от росы паутину, то там то здесь свисающую с кустов, серо-зелёный туман, обвивший чёрный стволы деревьев...
Он снова мог видеть! Хвала Пел-Адану, он видит!.. Все страхи тотчас исчезли. Пусть взор ещё был немного затуманен, и глаза болели, но, по крайней мере, он больше не слепой. Юноша едва мог поверить в свое счастье. Он благодарил всех богов, которые готовы были услышать его в столь ранний час. Он мог видеть!
Наступающий новый день явно принёс ему удачу!
Вскоре восторги поутихли, и Гэп вспомнил, почему стал вглядываться в сумрак леса. Какой-то звук разбудил его. Кто-то подкрадывался? Впрочем, юноша скорее почувствовал, чем услышал чужое присутствие.
— Снова инстинкт, — проворчал оруженосец. — Ни на миг не может успокоиться.
Он ещё долго и тщательно прислушивался, но не услышал ничего, кроме робких и почти незаметных звуков просыпающегося леса.
«Наверное, это у меня в голове раздалось». Беспокойство и тревога не ушли окончательно, продолжая терзать уставший разум.
Поговорив сам с собой, Гэп решил ещё немного поспать и сгрёб обратно листья папоротника. Ночь ещё не собиралась уходить, и потому было зябко.
В этот миг несколько огромных, пускающих слюни гончих выскочили из-за деревьев и бросились к нему.
* * *Десять собак остановились всего в футе от юноши и злобно зарычали. Огромные белые клыки, лоснящиеся чёрные шкуры, под кожей перекатывались упругие мускулы. Жёлто-зелёные глаза сияли, как хризопразы, а высотой собаки были не меньше трёх с половиной футов. Гончие взяли его в тесное кольцо; Гэп чувствовал их дыхание, отдающее рыбой. Юноша, не отрываясь, смотрел на их пасти с высунутыми после бега красными языками.
Потом собаки одновременно перестали рычать и сели на задние лапы, все кроме одной. Оруженосца озадачили их согласованные действия, хотя команд слышно не было.
Только самая большая из гончих — лохматый монстр коричневого цвета в серебристых крапинах — продолжала стоять, рыча и не спуская с дрожащего юноши зеленоватых глаз.
— Шлёпп! — вдруг раздался грубый окрик, и собака неохотно опустилась на задние лапы вслед за остальными. Гэп услышал быструю тяжёлую поступь.
После суровых испытаний под землёй оруженосец был уверен, что привык к любым сюрпризам, но всё же оказался не готов к виду направляющегося к нему существа. За усевшимися полукругом гончими появилась фигура, выше которой юноша до сих пор и не видывал. Изрядно струсивший Гэп даже подумал — уж не показалось ли ему. Этот великан был даже выше огра из Синих гор.