Через некоторое время путники набрели на деревянный указатель. Семи футов высотой, он отчётливо выделялся среди однообразного равнинного ландшафта. На вершине столба примостился огромный чёрный аист, и не подумавший улететь при их приближении. Указатель был очень старым и частично сгнил, но кое-что ещё можно было прочитать.
— Бек... Бермак... похоже на диалект луговых полгов, — сказал Финвольд. — Мне он попадался во время обучения. Не уверен...
— Что здесь написано? — спросил Нибулус.
— Могу разобрать лишь слово «серебро», да ещё вон то похоже на «дыра», — ответил жрец. — Хотя вряд ли в этих местах могут быть какие-то шахты.
Столб указывал на узкую тропу в стороне от ручья. Путники решили не идти к шахте и её невезучим обитателям, а следовать прежней дорогой.
Двигаясь вдоль изгибающегося потока, они заметили множество впадающих в него ручейков. Речка стала расширяться, вода из торфянисто-коричневой, но всё же прозрачной, стала мутной и грязно-серой. Вскоре притоков и новых ручейков собралось так много, что было непонятно, который из них основной. Поток иссяк, разбившись на спутанную сеть узеньких каналов. Вода в них, казалось, никуда не двигалась, распространяя гнилостный запах. Кусачей мошкары заметно прибавилось.
Близились сумерки. Усталые путники с трудом тащились вперёд, стремясь выйти к городу до наступления ночи.
— Ты много путешествовал, Нибулус, — неожиданно заговорил Финвольд. — Что ты знаешь о Мист-Хэкеле?
За весь день пути мужчины едва перекинулись парой слов, и дружелюбный вопрос жреца сулил желанную беседу, которая помогла бы отвлечься от постоянного хлюпанья. Нибулус пребывал в скверном настроении; весь день он молча шёл впереди и непрестанно размышлял о гибели своего друга Мафусаила и оруженосца Гэпа. Тем не менее утомительный переход притупил горечь, и воин охотно отогнал прочь мрачные мысли.
— Никто из пеладанов не добирался сюда уже многие десятилетия, — начал Нибулус. — До настоящего времени в этом просто не было необходимости. Стоило иссякнуть потоку торговцев, как и сам город зачах. Те, кто не смог вовремя убраться, остались влачить жалкое существование. Последнее прибежище, специально туда никто не едет — стремиться не к чему, да и беглецы должны здорово отчаяться, чтобы осесть там.
— А шахта по добыче серебра? — спросил Финвольд. — Это же не пустяк, верно?
— Видел, какой старый был указатель? — напомнил жрецу Нибулус. — Последние залежи выскребли скорее всего много лет назад. Насколько я знаю, Мист-Хэкель — маленький городок, чуть больше деревни, находящийся всего в дне пути от южных границ Фрон-Вуду. Вроде бы он весь построен на сваях или чём-то подобном, точно не скажу. Говорят, его жители представляют собой пеструю смесь из людей, хогеров, полгов и их боггартов, даже великаны встречаются. И конечно, полукровки — полно полукровок. С тех пор, как к ним никто не приходит, они живут по собственным законам, не завися ни от правителя, ни от городского совета. Насколько я помню, они даже исповедуют какую-то свою особую религию, связанную с культом огня.
Нибулус продолжал, поощряемый проявленным к его словам интересом:
— По последним дошедшим до нас оттуда вестям, там занимаются рыбалкой, охотой и земледелием. Люди и хогеры рыбачат и возделывают землю, полги охотятся.
— Безбожники, опустившиеся отбросы! — Паулус сплюнул. В нем вновь проснулась ненависть ко всему незнакомому.
— Так, значит, они не будут против чужеземцев, — предположил Финвольд, — раз позволяют селиться всем?
— Им следует радоваться нашему приходу, — заметил Эппа. — Наверняка они захотят услышать новости с юга.
— Да, позволяют селиться, — ответил пеладан на вопрос Финвольда. — Думаю, им проще пустить чужаков, чем обороняться против них. Самые обычные варвары, у которых нет повелителя. Вряд ли с ними возникнут какие-нибудь трудности.
— Тем более, нас целая команда, — вставил Болдх. Впрочем, странник давно привык путешествовать в одиночестве и не боялся войти в город, каким бы странным тот ни был. Насколько он понял, Мист-Хэкель обещал горячую еду, отдых и крышу над головой. После четырёх недель блужданий по диким краям, ему очень хотелось испытать все блага цивилизации, даже если это закончится очередным тупым созерцанием потолка.
Путешественники молча продолжили путь, пока не встретили великана.
* * *