Думаю, из наставницы офигенская хокаге получилась бы, если бы ей предложили. Не предложат, конечно. Очень уж сильно репутацию бухлом и азартными играми Цунаде-сенсей себе испортила. Как такой власть над скрытой деревней всучить? Ну и офигенно, что Сарутоби-сама на своем месте сидит и на нашу “госпожу мэра” рот не разевает. Задницу биджу ему, а не мою наставницу. Она нам самим тут нужна. Загруженность работой, если задуматься, тоже вполне себе форма социального эскапизма, не уступающая в уходе от тяжелых мыслей бухлу и игромании.
Убежище в итоге стало нашей ратушей, центром Шинигакуре, в котором обитает наставница и где она проводит большинство тренировок. Остальные же переселились в нормальные человеческие деревянные дома. Планировка деревни вышла спиральная, повторяющая камон Узумаки, являющийся еще и гербом Узушио.
Как один день два с половиной года пролетели, короче. Пару недель назад мне шестнадцать исполнилось. Совсем уже взрослая кобыла. Даже какие-никакие титьки выросли. Прям уверилась, что это заслуга печати Бьякуго, потому что и Чико и Шизуне, не без моей помощи, с упражнениями на контроль тоже ее одолели и тоже там, где мужикам нравится, округлились. Мужчинок для них, правда, особенно не завезли. Есть матросики-пиратики, но на них обе фифы смотрят, как на голоногих, недостойных внимания клановых аристократок. Есть Бьючи-сан, но его акулья внешность явно на любительницу, каковые где-то в Стране Воды живут. Скай в наличии, вот уж кто был бы не против хоть с одной, хоть с другой, хоть с обеими. Но у пастуха, каким бы он красавчиком ни был, шансов около нуля. Но это так, проблема, которую обе моих соученицы таковой не считают, им и без мужского внимания неплохо.
Глава 2
По пути от тренировочного пляжа домой, в Шини, прокрутила в голове, чего именно я тут добилась за два с половиной года затворничества.
Как Королева много чего достигла. Колония построена и развивается, несмотря на траблы с нехваткой бабла в бюджете. Спасибо наставнице Цунаде. Она, кажется, вообще спать перестала – вся в заботах. Если никого не подгоняет и не контролирует на постройке деревни, то или вся в медицинских исследованиях, или что-то просчитывает, ведя бухгалтерию острова, или учениц гоняет. Включая меня.
От Сенджу-самы и мои успехи как энергетика-шиноби произрастают. Печать Бьякуго оказалась настолько потрясным дополнительным хранителем чакры, что взрывные фуин на теле я для этой цели использовать перестала. Хотя и сводить не стала. Это подарок от Минато, которого до сих пор до слез жалко. Как и сестренку Кушину. Как и их ребенка, который я уже вовсю сомневаюсь, что погиб. Хатиро, мой единственный агент в Конохе, ничего о младенце-джинчуурики узнать не сумел. Кроме того, что того держат где-то не в деревне. Ну как младенце. Он ровесник моей собственной мелкоты. Был бы отличным дополнением к их рыжей банде.
А то мне, знаете ли, не хватает еще двух детишек того же возраста, чтобы две полноценные команды генинов собрать и лет через десять с ними на мудацкий чунинский экзамен заявиться. Вот мои там шороху наведут! И еще сильнее всех впечатлят, если в команде больше одного джинчуурики будет. Ребенок Кушины – генетический Узумаки, то есть мой подданный. Не забываю об этом.
Но так-то, конечно, никто мне мальца не отдаст. Коноха – не ублюдочный Водопад. Быстро отыщут, куда малой делся. И что тогда, воевать с ними? Да и не факт, что ребенку от того будет лучше, у нас тут неплохо уже, но не курорт. Он сейчас наверняка наслаждается жизнью в приемной семье. Если не любящей, то хотя бы изображающей любовь по заданию хитрозадого хокаге. Три года это, судя по нашему детскому саду, вполне уже себе личности, с характерами и желаниями. Обидишь, начнешь такого заставлять рис кушать, а из-под печатей девятихвостый ублюдок полезет. Это не семихвостый биджу Фуоки, почти индифферентный к окружению, а злобная зверюга, готовая разрушать все вокруг. Я знаю. Три с небольшим года прошло, как я ему в глаза посмотрела, а до сих пор в дрожь от воспоминаний бросает.
Так вот, о моих успехах, как энергетика. Бьякуго – потрясная штука, а не только прикольная ромбовидная татушка. В сравнении с взрывными печатями мое новое приобретение кажется бездонным колодцем чакры, который я заполняю каждую свободную минуту, но наполнить не могу. Постоянное накопление энергии уже стало безусловным рефлексом. Действием, выполняемым подсознательно, как дыхание. То есть никаких напрягов, только медленное, но постоянное запасание. Конечно, я не только подзаряжаюсь, но и расходую, но баланс пока очень положительный. Так-то емкость фуин-аккумулятора ограничена, но до ее предела я пока что не добралась.