— Но, как он может убить взрослого человека, если от него можно уйти? — кровь уже перестала идти, но Элиос плотнее затянул повязку. — Не надо, ну, обработать?
— Этот не дикий. И не заразный. — Зинтарс пожал плечами. — Трупного яда точно нет, можешь не бояться. Но, если боишься, сходи потом к Кунгару, проверит. А на счёт первого… Эта зараза опасна для пьяных, больных или спящих людей. Как и детей. Убить его проще простого. А вот чтобы уйти... Это можно, конечно, но преследовать он тебя будет очень долго.
— Его так просто убить?
— Да, — Зинтарс с улыбкой кивнул. — Показать как? — Элиос кивнул. — Чудесно! Смотри!
Замерев на месте, мужчина дождался, когда монстр подойдёт ближе и размахнувшись правой ногой, со всей силы пнул сущность, точно в центр его тела. И два ботинок Зинтарса коснулся монстра, как тот раздулся и издав яростный крик…
«ХЛЮП»
И взорвался, как детский мячик, с противным, хлюпающим звуком, щедро обагряя ошмётками своего тела ристалище. От кусков его плоти тут же стал поднимать пар и едва Элиос ощутил запах, как тут же согнулся в жестком приступе тошноты. От умершего монстра несло так, словно тут разом оказались влажная, сгнившая картошка, труп мелкого животного, пролежавшего несколько дней на солнце, и та залежавшаяся начавшая тухнуть рыба из бочки, которую так любят некоторые северные народы. Сгибаясь от тошноты и стараясь не расстаться с завтраком раньше времени, юноша почему-то не мог оторвать взгляда от останков монстра.
Зинтарс же тем временем старательно отряхивал ботинок от ошмётков монстра. А после, присев на корточки, стал копаться в исходящим паром внутренностях сущности, что-то ища там и отбрасывая в сторону ненужное. Зрелище было… неаппетитным. Элиос смотрел на это и, едва сдерживая рвотные позывы, отворачивался, старался успокоиться, но раз за разом смотрел на действия мужчины. Разобрав внутренности, Зинтарс нашёл что-то среди них и достав небольшой, склизистый мешок, в котором было нечто похожее на мозг вещество, довольно улыбнулся.
— А, хорошо! Значит, выбрал молодого. Это радует! — взглянув на Элиоса, мужчина показал ему большой палец, в знак одобрения. — Хорошо держишься, Малёк! Иные сразу блюют, а ты ничего. Хоть и зелёный как древесный орех.
— Что… что это за мерзость? — с трудом, едва сдерживаясь, спросил юноша. — Зачем она вам?
— Хлюпов мешок. Хлюпом, если что, зовут… м, звали точнее, мда, — разобрав остатки внутренностей, Зинтарс улыбнулся. — Из этого мешочка, наш алхимик и повар Кунгар, готовит чудесные зелья лечения! Им можно смазать раны, и те довольно быстро заживут. А можно и выпить. Вкус, конечно, тот ещё… но вот послевкусие! — замечтавшись, Зинтарс едва ли не пускал слюни.
— Мне…что-то не хорошо… — держась за живот и прикрывая рукой рот, Элиос старался хоть как-то сдерживаться.
— Ну, если надумаешь расстаться с завтраком, то советую сделать это на внутренности хлюпа. — ткнув пальцем мешок, который ранее извлёк из внутренностей хлопа, Зинтарс, он пробил внешнюю оболочку и вони стало ещё больше, помимо этого, из мешка потекла густая красная жидкость. — О, а это вообще отлично! Малёк, слышишь, да ты везунчик! Такой хороший хлюп попался! Здоровый! Свеженький! Прям, то, что надо!
Вздрогнув всем телом, Элиос понял, это всё, край. Уже перестав сдерживаться, он обнял себя за живот руками и согнулся в приступе рвоты. Желудок юноши сжался, буквально в точку на листе бумаги, пищевод обожгло огнём и по нему поднималась ядовитая желчь, а горло схватило спазмом. Заходясь тяжелым кашлем и выплёвывая остатки пищи, вперемешку с желчью, он думал лишь о том, чтобы это скорее прекратилось. Его уже не волновало, что о нём подумает Зинтарс.
Не в силах стоять на ногах, Элиос упал на колени и упёрся руками в тёплый песок. Желудок уже опустел, но рвотные позывы всё продолжались, заставляя его дрожать всё больше. В какой-то миг он поймал себя на мысли, что ему до безумия холодно. Его затрясло, и не понятно от чего больше. То ли вид мёртвого хлюпа, то ли его запах, то ли вся ситуация с ним вместе взятая.
С трудом подняв взор, он увидел лишь медленно разлагающиеся останки хлюпа, от которых исходил какой-то туман или газ. Сама плоть монстра, казалось, гнила слишом уж быстро, но юношу не особо это волновало.
— Малёк, ну говорил же тебе, хочешь блевать, — лучше делать это над потрохами хлюпа! — огорчённо вздохнув и цокая языком, Зинтарс подошёл к нему. — Ладно, все мы через это проходили. Кто-то легче, а кто-то тяжелее.
Повернувшись к мужчине, взгляд Элиоса снова упал на опавший кожистый мешок хлюпа и юношу снова скрутило в приступе тошноты.