После обеда, на который пригласили и поверенного, все стали ждать оглашения завещания. Поднявшись со стула и достав из сумки полтора десятка старых свитков, почерневших от времени и явно сделанных из кожи монстра, поверенный взял лист бумаги и зачитал текст:
— Я, Джек Хорриго, являющийся поверенным и хранителем завещания досточтимого Жнеца-Стража Йостреа Льееса, прибыл в его родовое поместье, чтобы исполнить его волю, распределив наследство между своими потомками. — передав отцу Элиоса, средних лет мужчине, документы, Джек дождался, когда все члены семьи проверят их и вернут ему, после чего, продолжил: — В присутствии потомков усопшего, которые в этот день смогли присутствовать в поместье, я оглашаю завещание. У кого-то есть возражения? — окинув взглядом всех присутствующих серьёзным взглядом из-под бровей, мужчина выждал минуту, чтобы дать им всё обдумать. — Хорошо. Шендар Льеес, вы подтверждаете, что являетесь праправнуком усопшего? — Джек поверх очков посмотрел на отца Элиоса.
— Да, это мой прапрадед, — увидев фамильную печать, которую Шендар носил на шее, Джек кивнул и хотел было продолжить, но мужчина опередил его, спрашивая: — Но почему завещание озвучивается так поздно? Уже сменилось три поколения. — набив прозрачную курительную трубку из кости стекогра, Шендар с трудом раскурил её, и зал начал наполняться едким и горьким дымом крепкого табака.
Элиос поморщился. Он ненавидел этот запах и всегда старался оказаться как можно дальше от отца, но сейчас приходилось терпеть. К счастью, Шендар редко курил именно этот сорт табака и лишь в моменты, когда ему требовалась ясность ума и трезвость мыслей.
— Прошу простить, господин Шендар, но такова воля Йостреа Льееса, — взяв первый свиток, Джек показал всем нетронутую сургучную печать чёрного цвета, после чего сломал её и принялся зачитывать. — Я, Йостреа Льеес, завещаю старшему потомку в роду, коей будет жив на момент чтения этого документа, денежное состояние, находящееся в банке «Глотка Дракона», и все проценты, что накопятся на день оглашения, — передав Шендару свиток, Джек отдал ему на подпись бумагу о выделенной доли в общей завещательной массе.
— Следующий свиток, — поверенный вновь показал всем собравшимся печать и сломал её. — Я, Йостреа Льеес, завещаю жене своего старшего потомка, если таковая будет к моменту чтения этого документа, старое родовое поместье вместе со слугами в её полное распоряжение. — Джек отдал свиток матери Элиоса, Маргарет.
Взяв в руки свиток, Маргарет, светловолосая средних лет женщина небольшого роста, не знала, как ей поступить. Большую часть жизни она жила довольно скромно. Даже выйдя замуж за Шендара, довольно богатого человека, женщина не изменила своим привычкам. Несмотря на осуждение собственной семьи, она снискала добрую славу среди простого народа. Именно это позволило её новой семье увеличить уже имеющийся капитал.
— Простите, уважаемый, но почему моя сестра получила старое поместье? — тётушка Офелия, вдова Фильеро, брата отца, и по совместительству сестра Маргарет, очень похожа и одновременно нет на неё, что сидела рядом с Элиосом, взяла слово. — Оно ведь находится где-то в центре столицы, если я не ошибаюсь, и давно императорская семья владела им. Не понимаю, почему моя младшая сестра, дура такая, получает такое богатство?! Она ведь кроме того, что родила четырёх детей, ничего и не добилась в жизни!
«Тётя, перестань, как мы все устали... — опустив голову на стол, Элиос попытался отрешиться от мира, чтобы снова не слушать их вечные склоки и скандалы. — Её вечные претензии к маме уже достали. И нельзя ничего сказать против... Снова отправят слушать настоятеля Дьерро о том, как плохо перебивать старших и что надобно их уважать...»
— Всё верно, госпожа Офелия, — Джек сохранял спокойствие, кивнув. — Я не вправе рассуждать о решении покойного и нахожусь тут лишь с целью оглашения его последней воли в назначенный день и час.
— Но это несправедливо! — воскликнула Офелия. Элиос знал, что если тётя начала повышать голос, то скандал затянется на часы, а то и до самой ночи. — Я старшая, но Шендар выбрал мою сестру в жёны. И что, я недостойна ничего?! Тогда зачем я вышла замуж за его брата, Фильеро, да пребудет его душа с драконами?! Просто так потратила двадцать лет жизни!?
— Офелия, пожалуйста, успокойся... — Маргарет попыталась остудить пыл сестры, но та была непреклонной.
— Офелия! — повысил голос дядюшка Гиркар, двоюродный брат Шендара. — Веди себя прилично! Ты не селянка, чтобы орать, как на базаре! — протирая своё позолоченное пенсне из внутреннего века василиска, он недовольно фыркнул. — Мы все ждали оглашения завещания нашего предка, и каждый должен довольствоваться тем, что получает.