Луна благодарно приняла подношение, за девушкой она наблюдала, видела борьбу с демоном. За столь большое могущество богиня одарила Теодору чудным для ведьмы подарком. Возможностью вечной красоты, дала знание, как ее получить.
Ведьмы были буквально бессмертны, если ту не убить, тогда ее душа возвращалась Луне. Были бессмертны, но старели, хоть и медленно, к 300 годам это были дряхлые сморщенные старухи, что за вечную молодость отдавали возможность иметь детей и видеть. Были прекрасны, но не смели узреть свою красоту. Не могли получить дочь, наследницу крови и магии. Наставница Теодоры была из таких, но нашла способ получить дитя. Видела она как и все подобные ведьмы, через магию.
Но Теодоре дали самый лучший дар, он же означал привязь к богине, а также верность от самой ведьме, что такое услужение было великой радостью.
Любимица
Была у Теодоры и любимая "дочь", милая девчушка, которая радостно бежала к своей новоприобретенной матери. В ней не было магии, из-за чего Теодора все же не могла ту оставить как свою ученицу. Ей была уготована судьба стать чудовищем, т.к. ведьма была не в силах убить малютку.
Да, Теодора была особой ведьмой, безжалостной, но все же с сердцем. Она могла любить, сострадать, чего не было у других. Дети, которых она похищала всегда жили очень счастливыми, девушка околдовывала их, но все же не издевалась, а любила и баловала. До обрядов, это были чуть ли не самые счастливые дети в мире, им было дозволено все, абсолютно все, кроме одного, покидать дом ведьмы. Выходить гулять они могли, но уйти нет, были привязаны к тому месту и всегда возращались обратно.
Вернемся же к милой девочке. Звали ее Лютик, чудное прозвище для ребенка, что настоящие родители назвали Лютиферой от демона Люцифера. Дело было в том, что девочка родилась с задержкой и очень быстро росла, а первые зубы напоминали клыки. Лютику не было места в собственном доме, она была одной из тех, что добровольно пошла к ведьме, не поддвергалась внушению, она единственная обо всем знала и по истине доверяла ведьме.
Вот девочке уже шестнадцать, более Теодора не могла тянуть время, если не обратить в чудовище ребенка, Луна накажет ведьму за мягкое сердце или того хуже заберет ее под свое крыло, вечно заставляя ведьму плясать под дудку богини...
Ритал обращения в монстра не был страшен, лишь в центр демонической пентаграммы ставили ребенка и произносили заклятие, окрапляя дитя кровью чудовищ. Кем станет испытуемый после зависело от самого человека, его души, внутренней силы воли и наличия магии. Волколаг, упырь, высший вампир, русалка... Все эти существа были опасны. Кем же стала Лютик? О, у нее была чудо вкусная для демонов душа, нежная и чистая, но с многими пережитыми злыми и печальными эмоциями. Но в девушке была страсть, страсть к самой жизни, к Теодоре, к магии... Девушка, теперь девушка. Лютик стала суккубом, сохранила разум и осталась дочерью ведьмы.
Но если говорить о судьме Лютиферы... Она покинула ведьмин дом, совращая души, откупаясь от демонов, чтобы те не забрали свое благословение и ее душу. Конечно, Лютик не теряла связи с матерью и была готова появится в миг зова незамедлительно...
Фамильяр
У каждой ведьмочки водилась магическая зверушка, помощник в жизни. Были они, что у знахарок, что у темных колдуний. Фамильярами становились часто духи в обличии зверей, что могли помогать изучать заклинания, зельеваренье и прочее. Фамильяры, конечно, были не у всех, ведь рождалось их ежегодно немного, а найти и тем более заслужить такого фамильяра могли немногие.
Что примечательно, у двуликой ведьмы было сразу два фамильяра, которые не были духами. Сколько на пути она не встречала настоящих духов, которые тянулись к ее мощи, их девушка отталкивала, ведь знаний было у нее более, чем достаточно, а фамильяры, которых выбрала сама ведьма, были куда более верными напарниками на пути жизни.
Первым фамильяром колдуньи стал котик, принесенный еще родителями, но назвала его сама ведьма - Голдо. Черненький, с золотыми глазками. Сама ведьма его заколдовала, дала возможность долгой жизни, не доступной простому коту. А после начала служения луне, дала и возможность ходить лунными тенями, чтобы тот помогал хозяйке.