— Теперь тебе не одолеть меня, — обратился Грей к Никсу без капли страха или злобы в голосе, — Точно не в таком состоянии. Моё звёздное боевое искусство тебе не по зубам.
— Это мы ещё посмотрим!
Вит плевался кровью, кашлял, дрожал, едва держался на ногах, но продолжал превозмогать себя и продолжать биться. Он прекратил тратить силы на поддержание метели и стены вокруг и полностью сосредоточился на себе. Его тело начало местами покрываться ледяной коркой, в особенности руки. Он рванул в атаку и вновь схлестнулся в ближнем бою с Вэйкуром.
Грей отбивал каждую его атаку, каждый раз ударяя ладонями по его кулакам, и каждый раз создавая по небольшому термоядерному взрыву. Этой сокрушительной мощи было достаточно чтобы пробивать защиту ледяного дракона и при этом защищаться самому. Но создавалось это заклинание каждый раз ровно на мгновение, прямо перед нанесением удара.
«Я не могу позволить себе тратить ману на постоянное поддерживание такого сильного заклинания. Но это и не нужно. Хватит лишь одного мгновения.»
Благодаря силе воображение Грей освоил не только технику мгновения, которую ему показал Джарет, но и освоил Сяо Ли. Он не ускорял собственное тело магией, а лишь применял технику расслабления, атакуя словно руками кнутом, достигая таким образом огромных скоростей, ничуть не уступая своему обычному магическому усилению.
Грей теснил Никса. Ледяной дракон не мог достать серого ни одной своей атакой. Он блевал кровью, кашлял, но всё равно продолжал атаковать, превозмогая себя с совершенно нездоровым рвением. Его ярость воистину доходила до каких-то безумных масштабов.
Грей продолжал наносить свои фирменные звёздные удары. Руками и ногами с каждым разом он наносил Никсу всё больше урона. Скорее всего сейчас серый дракон находился на своём жизненном пике. Это была его вершина.
Вскоре сама земля начала сотрясаться, от их ударов, как могло показаться. Однако на самом деле по большей части Симхавиля прошлось мощное землетрясение. И всё из-за одного чёрного дракона вдалеке, который во время своей битвы выдернул и перевернул огромный клочок земли. Из-за этой тряски земля под ногами серого и ледяного дракона разверзлась, образовав огромную расщелину глубиной в многие сотни метров.
Вэйкур успел отскочить назад, а вот Никс потерял равновесие и упал с обрыва прямо в расщелину. Подскочив поближе и наклонившись, Грей увидел, как его соперник из последних сил держался одной рукой за каменный выступ.
— Дай мне руку! — прокричал Грей, протягивая руку Виту.
Силы покидали Никса. Его рука постепенно соскальзывала, а маны не осталось ни на одно заклинание. Он всё потратил на бой и теперь не мог даже подтянуться.
— Что, поиздеваться надо мной решил?! — задрал голову кверху и крикнул Никс своему противнику, — Глумишься, да? Сейчас я дам тебе руку, а ты сожжёшь её своей магией, да? Или просто кинешь меня вниз?
— Давай руку, чтоб тебя! — продолжал кричать Грей, — Разобьёшься ведь!
Но Никс не верил ему. От боли наворачивались слёзы, смерть дышала в затылок, но доверять серому дракону он не решался даже в такой ситуации.
— Не надо меня дурить! Всё я знаю про вас, всё понимаю! Все вы одинаковы! Все делаете вид что хотите помочь, а сами только и ждёте возможности чтобы вонзить нож в спину. Так было всегда.
Но Грей продолжал кричать:
— Дай руку! Я хочу помочь!
Тут Никс впал в шок. Впервые за долгие годы, если не за всю жизнь, он увидел у кого-то искренность в глазах. Этот парень, Грей Вэйкур, в самом деле хотел помочь ему. Даже несмотря на всё случившееся, каким-то образом он сумел сохранить искренность в себе, которая даже немного походила на детскую наивность и доброту. Это было в нём ещё в момент их первой встречи и не исчезло до сих пор.
Впервые за долгое время Никс не испытывал злость, но лишь грусть. Он легонько улыбнулся и ответил:
— Сам справлюсь.
Он отпустил каменный выступ и сорвался вниз, скрывшись во мраке бездны. В этот момент в сердце Грея наступило лёгкое опустошение. Пусть ледяной дракон и был его врагом, но таковым не ощущался. Возможно, это было из-за духовного родства между ними, как драконами сородичами, а возможно из-за другого внутреннего чувства. Что-то внутри говорило Вэйкуру, что даже несмотря на всё случившееся Никс Вит не был ему настоящим врагом. И каким же обидным было это чувство, когда не смог помочь человеку в беде.
Так или иначе битва была окончена. Пришло время возвращаться к остальным на базу.