Я выполнила свой мини-план: незаметно для спорящей парочки покинула кафе, забрала машину с новенькими фарой и бампером и лихо распрощалась с Сергеем, в душе желая никогда больше не встречать его на своем пути. И все же я не могла не признать — он принес огромную пользу для моего расследования. Если бы не глупая авария, я бы никогда не оказалась в этом кафе за соседним столиком с Верой и Заревичем и не узнала бы, что их связывают не совсем чистые дела. Хорошо бы было спросить у Сомова, что он думает по этому поводу, но сейчас мне не хотелось тревожить Кирю и просить об организации новой встречи с подследственным, то бишь с клиентом.
Выезжая из глухого переулка на более оживленную дорогу, я думала не о том, как бы снова не столкнуться с каким-нибудь очередным Сергеем, а о том, что сегодня должны были уже похоронить Инну. Эксперты скорее всего выдали окончательное заключение, орудие убийства наверняка найдено, поэтому самое время встретиться с Мельниковым, еще с одним моим старинным другом-ментом, всегда готовым ради меня взвалить груз ответственности на свои мужественные плечи.
Звонить Андрею я не стала, подумав, что лучше встретиться лично и поговорить по душам сначала о том о сем, ну а потом, конечно же, о деле.
Когда я подъехала к зданию местной прокуратуры, на улице уже начинало темнеть, но я была уверена, что Андрей еще на работе. Он всегда был трудоголиком и выкладывался на все сто, лишь бы только раскрыть очередное дело.
— Андрюша, это Татьяна, встреть меня у входа, — попросила я Мельникова, позвонив по сотовому из машины.
— Конечно, Таня, заходи, я уже спускаюсь.
Мельников выглядел уставшим. Это было сразу заметно, тем более мне, ведь я не видела его около месяца. Но, несмотря на это, Андрей тут же согласился мне помочь.
Мы уселись в его небольшом, хорошо освещенном кабинете, и я попросила разрешения закурить.
— Кури, конечно. Я же вижу, что ты нервничаешь.
— Да, это так, — не стала скрывать я. — У меня сейчас очень серьезное дело. От меня зависит, будет ли невиновный человек гнить в тюрьме годков так двадцать или его полностью оправдают.
— О ком это ты? — заинтересовался Андрей.
Я знала, что его такие дела тоже волнуют. Ему нравилось бороться за Справедливость, которую он считал главной в нашем общем деле. Я часто над ним подтрунивала из-за этого, но, в общем-то, сама стремилась делать все, чтобы она торжествовала. Единственная между нами разница заключалась в том, что я обожаю действовать в одиночку, получать за свои труды неплохие деньги и ни с кем не делить лавры победителя, а Мельников работает на благо родной милиции, поднимаясь по служебной лестнице и жертвуя ради этого своей личной жизнью.
— О Сомове.
— Ах, об этом. Громкое дельце, ничего не скажешь. И кто же его тебе заказал? Неужели отец убитой девочки?
— Да нет, не он. Сам Сомов.
— Что? Ты с ума сошла? Он же убийца! К гадалке ходить не нужно.
— Почему ты так говоришь?
— А разве ты не знаешь? Найдено оружие, из которого и сделан роковой выстрел.
— Это мне известно. Я присутствовала при обыске.
— Ну вот! А ты еще сомневаешься. А в остальном эта «игрушка» кристально чиста.
— Пистолет зарегистрирован?
— Конечно, нет. Послушай, Танечка, перестань, пожалуйста, воспринимать Сомова как святого. Он — обыкновенный убийца.
— И каков же, по мнению Никоненко, мотив убийства?
— Откуда я знаю? Мы вчера с ним виделись. Он сказал, что дело можно считать закрытым. Осталось только добиться признания от Сомова.
— И что? Усиленно добиваются?
— На что ты намекаешь?
— Нет-нет, ни на что. Но все-таки скажи, тебя ничто не настораживает в этом деле?
— Татьяна, ну, во-первых, я его не веду, а во-вторых, ничего подозрительного в нем нет. Мне кажется, ты зря за него взялась.
— Ты не первый говоришь мне эти слова. Хорошо хоть, не угрожаешь!
— Что? Угрожать? Я — тебе? Да ты же черт в юбке, разве я могу тебе угрожать!
Мы рассмеялись, хотя разговор этот оставил у меня на душе очень неприятное чувство. И все же, уходя, я не удержалась еще от одного вопроса:
— Андрюша, скажи, тебе ничего не известно о результатах вскрытия Инны Гольстер?
— Нет, про них Никоненко ничего мне не рассказывал.
— Да? А ведь вы с ним в хороших отношениях…
— В общем-то, мы — приятели, часто вместе домой возвращаемся. Если тебе нужно, я, конечно, спрошу об этом. И перезвоню тебе.
— Правда? Спасибо, Андрюша. Я знала, что всегда могу на тебя положиться.