— Вот увидишь, тебе понравится Стефани, и я знаю, что и ты понравишься ей, так что об этом не беспокойся.
— Ты как-то сказал, что твоя сестра ненавидит Стефани. Почему?
— Наверно, завидует. Другой причины тут быть не может.
— А твоей маме нравится Стефани?
— Да. Знаешь, я прошлой ночью разговаривал с ней и очень удивился. Мама сказала, что она и мать Никоса Андропулоса вместе ходили в школу и очень хорошо знают друг друга.
— И она никогда об этом не рассказывала?
— Никогда.
— А ты не спросил, почему?
— Спросил, но она ответила как-то уклончиво. Сказала только, что ее школьная подруга вышла замуж за какого-то ужасного грека.
Джули рассмеялась:
— Значит, мистер Андропулос не может гордиться своей родословной?
— Видимо, да. Но мама ничего толком не сказала.
— Значит, его мать англичанка? — удивилась Джули.
— Да.
— Теперь ясно, откуда у него такой рост.
— Рост. Что ты имеешь в виду?
— Я видела его мельком, но успела заметить, что он шести футов или даже выше. А большинство греков низенькие.
— Не знаю, Джули. Мне бы хотелось увидеть его как-нибудь, о нем все столько говорят вокруг.
— Я тебе говорила, что он прислал мне цветы? — спросила Джули.
— Ну да! Не красные ли розы?
— Нет. Он прислал немыслимый букет фиалок.
— Фиалки? Где же он раздобыл их? В каком-нибудь специальном магазине здесь, в Нью-Йорке? Интересно… А записка была?
— Только его инициалы — Н. А. — и все.
— Странно все же, что он не упомянул, что наши матери знакомы.
— Но ведь и твоя мама неохотно говорит об этом. Может, и его мать ему не сказала. Может, ей не нравится, что твоя мать вышла замуж за американца.
Джеффри засмеялся:
— Кто поймет этих женщин?
— Ладно, сменим тему, Джеффри. Расскажи мне про семью Роджера.
— Роджер и Стефани живут неподалеку от города. У них двое пятилетних мальчиков-близнецов. С ними занимается гувернантка из Англии, но Роджер говорит, что требуется еще одна.
— Я люблю детей. А ты, Джеффри?
— О, я обожаю своих племянников.
— Я выйду замуж за человека, который будет любить меня, так же, как и я его. И у нас будет много детей.
— А как ты представляешь себе идеального мужчину?
Она взглянула на Джеффри.
— Он должен быть высоким, кареглазым, с каштановыми волосами. Он должен хорошо одеваться и быть интересным собеседником. Он должен любить только меня и не пытаться обвести меня вокруг пальца. И другого мне не надо.
— Ты нашла уже такого?
— Думаю, что нашла, но я не знаю, что он думает обо мне. По-моему, он думает только о том, чтобы уложить меня в постель, да еще о моей родословной, чем оценивает меня как личность.
Джеффри взглянул на нее с укором.
— Меня не твоя родословная волнует, Джули, а я сам. Я не уверен, что готов жениться. Жениться надо один раз в жизни. Я не приемлю развода и поэтому должен быть уверен в себе и своем выборе.
— По-моему, Джеффри, если по-настоящему полюбишь человека, ничего тебя не остановит. Лучше я останусь одна, чем буду знать, что мой мужчина не будет в меня влюблен. Мне нужна любовь.
— Ты думаешь, что так оно и будет?
— Это единственный путь, Джеффри. Иного нет.
Они свернули с дороги. Место было удивительной красоты. А дом… Это был настоящий дворец! Подъездная аллея вилась вокруг аккуратно подстриженной лужайки прямо к парадному подъезду. Швейцар в форме вежливо приветствовал их и помог припарковать машину. Дом из серого камня с белыми ставнями прекрасно вписывался в ландшафт.
Роджер и Стефани вышли поприветствовать их. Роджер с улыбкой протянул руку Джули.
— Стефани, позволь представить тебя Джули Уоткинс.
Стефани была высокой, с чудесными каштановыми волосами и теплыми зелеными глазами.
Она протянула Джули руку и крепко пожала.
— Очень приятно, Джули. Добро пожаловать в наш дом.
В это время две двуногие «динамитные шашки» подскочили с двух сторон к Джеффри.
— Дядя Джеффри, дядя Джеффри! Пошли купаться. — Стоявшая тут же няня бросила на Джеффри суровый взгляд.
— Дети, поздоровайтесь с мисс Уоткинс. Джули, это Тимоти, а это Томас.
Оба мальчика вытянулись по струнке, мгновенно изобразив идеально воспитанных маленьких джентльменов.
Роджер засмеялся.
— Не беспокойтесь, Джули. Долго они приставать к нам не будут, раз здесь появился Джеффри. Присоединяйтесь к гостям, все собрались у бассейна.
Стефани и Роджер познакомили Джули и Джеффри с несколькими своими друзьями. Джеффри захотелось поплавать, он предложил пойти в раздевалку и переодеться. Джули вошла и огляделась. Здесь была маленькая красивая ванная и сауна. В другой комнате находился душ. Уютная гостиная с мягкой мебелью и телевизором, а также кухня с неплохим баром дополняли картину. Джули задумалась. Интересно, какой же основной дом, если так выглядит домик при бассейне.
Переодевшись, Джули вышла к остальным гостям и подошла к накрытому тут же столу. Джеффри посоветовал перекусить. Один повар готовил мясо на вертеле, другой разделывал кур. На столе стояли блюда с овощными салатами и вазы с фруктами. Неподалеку еще один повар варил омаров в огромном котле. Подошла Стефани и похвалила бежевый купальник Джули.
— Все обратили на вас внимание, Джули. Должна сказать, что с тех пор как вы появились, на остальных дам уже никто не обращает внимания.
Джули растерялась и не знала, что ответить.
— Скажите мне, Джули, вы любите Джеффри? — неожиданно спросила Стефани.
— Я — да. Только не знаю, взаимны ли наши чувства.
— Предполагаю, что да. Мне бы хотелось дать вам один дружеский совет. Когда поедете в Англию знакомиться с семьей, будьте осторожны с сестрой Джеффри, Кларой. Она всем причиняет неприятности. Это ее любимое занятие в жизни.
— Джеффри уже говорил мне о Кларе, так что спасибо за совет. А что до любви, Стефани, я думаю, Джеффри всего лишь хочет переспать со мной. Да еще ему мое происхождение не дает покоя.
— Да. Мама Брэндон придает этому большое значение, Джули.
— Значит, все против меня, ведь я сирота.
— Джеффри говорил об этом Роджеру. Мы уверены, что это не имеет значения. По крайней мере, когда мать увидит, как влюблен в вас Джеффри. Мы таким его еще никогда не видели.
— Стефани, вы слишком высокого обо мне мнения. Может быть, я и нравлюсь Джеффри, но он как будто боится себя связать женитьбой. Меня это огорчает, но я никого не стану силком тащить в церковь. Мне хочется выйти замуж за человека, который, женившись, будет считать себя счастливейшим из смертных.
Стефани засмеялась.
— Могу только сказать, что поступаете вы правильно.
Вечер прошел прекрасно. Поздно ночью, когда другие гости разъехались или разошлись спать, Роджер, Стефани, Джули и Джеффри задержались выпить еще по глотку бренди. Несколько пар расположились в доме для гостей, но Джули предпочла остаться в главном доме.
На следующий день мужчины отправились играть в гольф, а Стефани взяла Джули на деревенскую ярмарку. Утро прошло чудесно, а вскоре после полудня Джули и Джеффри отправились домой.
По дороге Джеффри был молчалив.
— Что-нибудь не так? — забеспокоилась Джули.
— Почему ты спрашиваешь?
— Ты такой молчаливый.
— Мне нечего сказать, Джули.
Джули не стала приставать, решив оставить Джеффри в покое. Она отлично провела время, и, если что-то ему не понравилось, это его забота.
Подъехали к ее дому, и Джеффри помог ей втащить сумку.
— Спасибо за чудесный уик-энд, Джеффри. — Больше она решила ничего не говорить.
— Спасибо, что составила мне компанию. Прости, я был не очень приятным попутчиком, но у меня накопилось столько разных мыслей.
— У кого их нет! До свидания, Джеффри.
Джули была ужасно занята. Она работала над составлением планов для Бикфорда Хейза. Плюс Роджер предложил взять на работу двух дизайнеров-графиков. Заказ Андропулоса включал выпуск красочно оформленного ежегодника. «А впоследствии, — сказал Чарльз Роджерс, — надо будет выпустить рекламные буклеты разных отелей». Собственных фотографов было решено не нанимать, а воспользоваться услугами фотофирмы, которой компания не раз уже заказывала съемку.