— Я хочу взобраться на гору, — попросила Джули. — Вот только боюсь получить солнечный удар.
Ник протянул ей баночку холодного лимонада, и она с благодарностью приняла ее.
— Из-за своей проклятой палки я не смогу сопровождать вас, — пожаловался он.
Они помолчали. Джули внимательно посмотрела на Ника.
— Мне это только кажется или вас действительно что-то гнетет?
— Простите, Джули. Просто кое-что не ладится по работе, и я еще не придумал, как выйти из положения.
— Могу я чем-нибудь помочь?
Ник поднял на нее глаза. Такого вопроса ему еще никто никогда не задавал. Всегда считалось, что он сам прекрасно со всем справится.
— Нет, тут мне предстоит помучиться самому. Простите, что дал вам заметить свое беспокойство. Хотите пройти немного дальше, вглубь?
— Да, да, пойдемте. Мне хочется увидеть родник. Но под силу ли вам такая прогулка? — заботливо спросила Джули.
— Вероятно, нет, но все же пойдемте, — махнул он рукой.
Они прошли несколько сот метров по крутой горной тропе, и взору Джули открылся родник — небольшой искрившийся в солнечных лучах источник.
— Вот здесь я и построю дом. Отсюда прекрасный вид на море, а с моря, наоборот, дома видно не будет. А когда постройка будет закончена, я восстановлю весь пейзаж до последнего дерева.
— А в каком стиле вы хотите строить дом, Ник?
— Стиль выберет жена. У меня нет какого-то особого плана. Мне нужно только, чтобы в доме было просторно, чтобы были бассейн и теннисный корт. Я думал было о поле для гольфа, но из-за него пришлось бы рубить лес. И еще я хочу, чтобы было как можно больше стекла, солнце заливало бы дом и из всех комнат открывался красивый вид.
— Ну а слуги?
— Несколько семей переедут сюда вместе со мной. Они связаны с нами с незапамятных времен. Для них я выстрою коттедж в нижней части острова. Придется также открыть несколько магазинчиков, чтобы людям не приходилось отправляться на материк за каждой мелочью. Для детей надо будет пригласить нескольких учителей. Так устроено у мамы на Стефосе, и она говорит, что это очень удобно.
— Ник, все это звучит как волшебная сказка.
— И еще обязательно заведем вертолет. Мама их терпеть не может, а я себе купил.
— Так у вас и вертолет есть? — Джули не переставала удивляться.
— Даже два. И я часто ими пользуюсь.
— И значит, каждый день будете летать на работу?
— Да, я хочу проводить вечера со своей семьей. И если по какой-либо причине я не смогу прилететь домой, то хочу, чтобы жена прилетала ко мне, в нашу афинскую квартиру.
Ник открыл корзину с провизией и принялся доставать оттуда свертки. Джули ликовала. Сандвичи из баранины с огурцами и сметаной выглядели так аппетитно. В термосе булькал холодный суп. Бутылка белого вина, фруктовый салат, кофе и начиненные орехами булочки завершили обед.
— Я хотел бы предложить вам драгоценную чашу для омовения пальцев, но боюсь, вам придется сполоснуть руки в ручье.
Джули отправилась к ручью. От вина у нее слегка кружилась голова. Она скинула туфли и зашлепала босыми ногами по воде. Ник залюбовался стройной золотоволосой девушкой.
Это был изумительный день. И Джули, в глубине души боявшаяся любовных домогательств со стороны Ника, с удовольствием констатировала, что ее опасения были беспочвенны. Он не пытался даже взять ее за руку, кроме как помогая ей на горной тропке. И вовсе не потому, что ему не хотелось. Просто Ник умел терпеливо ждать.
9
Следующие несколько дней Ник и Джули провели в сосредоточенной работе. Они отлично понимали друг друга. Джули выдвинула несколько предложений, и некоторые из них Ник счел весьма полезными. Они просмотрели годовую отчетность, дизайнерские проекты. Работа близилась к завершению.
Результаты радовали обоих, Джули даже удивилась, какую большую работу они ухитрились проделать в считанные дни.
Время от времени Джули опасалась, что Ник будет пытаться заманить ее в постель. Он же, желая этого больше всего на свете, понимал, что спешкой может только все испортить. Джули достаточно ясно дала понять, что намерена оставаться девственницей до свадьбы, и он уважал ее моральные принципы.
Они много говорили о религии. Их убеждения имели много общего. Как-то Джули рассказала Нику, что она читала о том, как греческие мужчины ни во что не ставят своих жен.
— Ну, на дворе уже не шестнадцатый век, — рассмеялся он. — Времена изменились даже в Греции. И хотя и сейчас многие женщины сидят дома и занимаются хозяйством, я знаю немало молодых пар, где работают и муж, и жена.
Ленч им обыкновенно подавали прямо в компьютерный зал. Зато каждый вечер за столом собиралась вся семья. Сэр Джордж принялся обучать Джули игре в шахматы, и осваивала она эту премудрость даже чуть быстрее, чем хотелось бы доброму старику. Старый джентльмен наслаждался обществом девушки, и почти каждый вечер Ник умиленно наблюдал, как они о чем-то беседуют, склонившись над шахматной доской.
Миссис Андропулос не раз пробовала заводить с сыном разговор о его планах. Она чувствовала, что между ними нет близких отношений, видела, как привязан Никос к этой девушке, и беспокоилась, что будет делать ее сын, когда Джули придет время уезжать.
— Мама, об этом еще рано говорить. Мы с Джули стараемся узнать друг друга получше. Ты знаешь, что мы не очень хорошо начали, и я делаю все, что в моих силах, чтобы сгладить это впечатление. Я таков, каков есть, и в конце концов она или полюбит меня, или уедет домой.
— Не слишком ли прямолинейно, Ник?
— Возможно. Но я не хочу ни в чем притворяться.
— Ник, ты меня смущаешь. Я хочу только знать, что ты намерен делать.
— Я намерен жениться на ней, мама.
Миссис Андропулос, казалось, была потрясена.
— Чему ты удивляешься, мама? Ты же знаешь: я не прочь жениться.
— Да, конечно. Мне просто странно, что ты так долго и так терпеливо ждешь, чтобы она сказала «да».
— Джули того стоит, мама. Я молю Бога, чтобы она полюбила меня так, как ее люблю я.
В тот вечер в своей комнате Джули пыталась собраться мыслями. Она поймала себя на том, что каждое утро с нетерпением ждет встречи с Ником и расстраивается, если выясняется, что он уехал по делам. Она привыкла видеть его рядом, слышать его голос, ощущать его заботу и любовь.
Ныла и едва затянувшаяся рана, которую нанес ей Джеффри. Как мог он не поверить ей, подумать, что она торговала собой?
Однако ей не верилось в сильные чувства Никоса. Да и хочет ли он в самом деле жениться? Он такой богатый, такой могущественный, такой властный. Все замолкают, стоит ему заговорить. Даже если они поженятся, она не сможет чувствовать себя ему ровней. Значит, надо быть начеку, не позволять каким-то незримым, исходящим от него волнам взять в плен ее душу. И в то же время Джули страстно хотелось, чтобы Ник поцеловал ее. Когда она представляла себе, как он заключит ее в объятия, у нее холодели ноги, а сердце сладко замирало.
Ник как-то спросил ее, как ей понравился остров, на котором они устраивали пикник, и Джули ответила, что там чудесно.
— Как вы думаете, может быть женщина счастлива там? Ведь временами ей может быть одиноко.
— А что говорит об этом ваша мама?
— Моя мать сразу полюбила свой остров. Думаю, в городе ей бы теперь было трудно жить.
— Думаю, я чувствовала бы себя так же. И к тому же жене всегда есть чем заняться — готовиться к приезду мужа, например. Непонятно только, где будут учиться дети.
— Это просто, Джули, — ответил Ник. — Если на острове детей будет немного, я устрою для них школу прямо там. Или можно будет на учебу отвозить их в ближайший город, а на выходные забирать домой. А если кто-нибудь захочет учиться дальше, то они смогут выбрать колледж, а я оплачу. Я уже многих послал учиться, и мой отец тоже поступал так.
Джули поинтересовалась, становятся ли такие люди пожизненными слугами Ника.
— Нет, — рассмеялся он. — Их семьи работают для моей семьи. Если они хотят оставаться на службе, у них есть такая возможность. Кое-кто служит в доме, другие работают на полях или на фермах. Мой повар окончил знаменитый кулинарный колледж в Соединенных Штатах. И вернулся ко мне по собственной воле. Он так талантлив, что, видимо, скоро откроет собственный ресторан. И мы, конечно, не станем мешать ему, хотя нам будет его очень не хватать. Отчасти я потому и устраиваю каждый год несколько больших приемов, чтобы он мог продемонстрировать свое мастерство широкой публике. А в моих отелях, разбросанных по всему миру, работает много выходцев с этих островов. Я люблю связываться с людьми надолго, Джули, потому что могу им доверять и знаю, что каждому платят столько, сколько он заслуживает. Мало того, каждый получает к пенсии солидный накопительный счет. Мои служащие живут, не боясь завтрашнего дня, потому что их будущее обеспечено.