Опустив голову на надувную подушечку, Джули задумалась о миссис Андропулос и о сэре Джордже. Почему-то с ними она сразу почувствовала себя легко, хотя и знала, что следует быть настороже. Почему-то совсем не так чувствовала она себя, знакомясь с семьей Джеффри.
Джули вылезла из ванны, растерлась полотенцем и тщательно оделась. Но, когда вошедшая Сибилла включила фен и принялась сушить ей волосы, девушка не знала, что и подумать. Привыкнув всегда все делать самостоятельно, она сейчас испытывала неловкость.
Сибилла расчесала ей волосы на прямой пробор и заколола двумя гребнями. Джули надела свое единственное украшение — золотые серьги колечками.
Раздался легкий стук в дверь. Джули в последний раз взглянула в зеркало и осталась вполне довольна своим новым платьем и прической.
Сибилла отворила дверь. Ник застыл на пороге при виде преобразившейся Джули.
— Джули, вы просто ослепительны.
— Спасибо за комплимент, Ник. Платье мне очень нравится. Да и вы, должна отметить, отменно хороши в белом смокинге.
«Хорош? Она сказала — я хорош?» — пронеслось в голове у Ника.
— Джули, я хочу преподнести вам подарок. Это обычай нашего дома — мы всегда что-нибудь дарим нашим гостям в знак знакомства.
Джули приняла из его рук черную бархатную коробочку. Осторожно открыла ее и… остолбенела.
— Ник, я…
— Надеюсь, вам нравится?
— Ник, он настоящий?
Ник расхохотался.
— Конечно, настоящий. Примерьте лучше, вдруг не подойдет. У вас очень тонкое запястье, вдруг он вам велик.
— Ник, я не могу принять это, — Джули не отрываясь смотрела на золотой, сплошь усыпанный бриллиантами браслет, покоившийся на черном бархате. Она совсем не разбиралась в ювелирных изделиях, но чувствовала, что эта вещь очень дорогая.
— Вы должны принять его, Джули. Своим отказом вы смертельно оскорбите меня. И пожалуйста, без всяких отговорок. Браслет ваш, и точка. Я сам сделал его эскиз, а камни подбирал по одному. Он получился даже лучше, чем я предполагал, и мне хотелось бы, чтобы вы полюбили эту вещицу.
— Но, Ник, это ведь такие деньги… Я приехала к вам работать да еще узнать, кто сыграл со мной злую шутку в Акапулько. Вы ведь сами знаете…
— Деньги для меня ничто, Джули. А вот ваше мнение на мой счет значит очень много, — признался Ник.
— Я уже говорила, что я о вас думаю, Ник. Мои чувства не изменятся.
Эти слова больно ранили его.
— Джули, я предпочитаю, чтобы вы меня ненавидели, чем были бы равнодушны. Знаете, между ненавистью и любовью такая тонкая грань…
— После того что вы со мной сделали, я никогда не смогу полюбить вас.
— Не настраивайте себя на это, Джули. Пойдемте, в доме моей матери не принято опаздывать к обеду.
— Ник, я хочу услышать правду об Акапулько. Когда вы мне расскажете?
— Сразу после обеда. Обещаю, что ждать вам осталось недолго. А теперь спустимся в столовую.
Ник и Джули застали миссис Андропулос и сэра Джорджа в гостиной. По их взглядам Джули опять почувствовала, что по какой-то неведомой причине она не чужая здесь. Ей стало тепло и покойно, и, хотя она и не смогла бы объяснить почему, сердце ее преисполнилось благодарностью.
Миссис Андропулос была, как и днем, в черном, но более нарядном и элегантном платье. Шею ее украшали несколько ниток жемчуга, скрепленных алмазным аграфом. В ансамбль к ожерелью были подобраны серьги. Сэр Джордж в вечернем костюме выглядел очень импозантно. Ник сказал, что ему далеко за семьдесят, и хотя он держался бодро, но обычно быстро уставал.
Джули, миссис Андропулос и сэр Джордж выпили по бокалу шерри, Ник предпочел скотч. В столовую вошли парами: Ник вел мать, а сэр Джордж предложил руку Джули. Джули овладело странное чувство. Что они думают о ней, о ее неожиданном приезде сюда? Что подумает мать о девице, которая приехала к ней гостить, будучи едва знакома с сыном? Конечно, Джули поговорит с миссис Андропулос, но надо бы прежде спросить Ника, ведь она не имеет ни малейшего представления о том, как обставил Ник ее приезд сюда, что он вообще им о ней рассказал.
Обед был восхитительный. Сперва подали суп с лимоном. Его сменил салат, посыпанный сыром «фета».
— Этот сыр выделывают здесь на острове, Джули. Вы пробовали его раньше?
— Да, в греческом ресторане, в Нью-Йорке, но там он был не такой вкусный.
Блюда сменялись одно за другим. Миссис Андропулос заметила, что, хотя большинство заканчивает обед салатом, ее сын настаивает, чтобы салат подавали вначале.
— Сыр, должно быть, показался вам слишком соленым, Джули. Вы, верно, хотите пить? Еще вина?
— Миссис Андропулос, могу я попросить лимонада либо холодного чаю? Я не привыкла к вашему жаркому климату, и лучше бы мне вместо вина ограничиться чаем.