Что же случилось с ним в Нью-Йорке? Может, встретил другую девушку, полюбил ее и женился на ней? Если дело заключалось только в этом, то Эвану следовало прежде всего сказать об этом мне. Я никогда не встала бы между ним и его счастьем.
Но если Эван был женат, то как он мог допустить, чтобы я продолжала в полном неведении готовиться к свадьбе? Единственное, что могло бы хоть как-то оправдать его поступок, — это то, что, находясь в Нью-Йорке, он успел и жениться, и развестись! Я чуть не рассмеялась от своего невообразимого предположения! Зная Эвана, такое трудно даже представить!
Эван, если его никто не подталкивал в спину, никогда не спешил, что бы ни делал. Прежде чем что-либо предпринять, он все очень долго обдумывал, просчитывал, прикидывал возможные за и против и только потом принимал решение. И часто результатом такого мучительного раздумья становился упущенный шанс.
Эван не был человеком действия, в отличие от Джонни Армстронга и Майка Хендерсона. Он отличался робостью, нерешительностью и постоянно нуждался в чьей-то опеке.
Поэтому даже сама мысль о том, что Эван на ком-то скоропалительно женился, казалась смехотворной!
Но предположим, только предположим, что он все же женился. Разве его жена, прочитав о смерти мужа, осталась бы в стороне? Полагаю, она тут же приехала бы в Инсфери и заявила о своих правах. Ведь Эван Камерон был очень богат, а по шотландским законам ей можно претендовать на часть замка и значительную часть поместья.
И тем не менее, эта тайная свадьба выглядела полной нелепостью. Я с грохотом поставила на место последнюю тарелку.
— Ради бога, Дина! — заволновалась тетя. — Будь поосторожней! Это наш единственный обеденный сервиз!
— Извини, тетя, я просто задумалась.
— О боже! Я забыла сказать тебе! Полицейский из Глазго! Он уже приходил сегодня утром, но я сказала, что ты очень занята в приемной, и он собрался заглянуть к нам чуть позже!
Глава 18
У меня сразу пересохло во рту, как только я услышала от тети Эмми такие новости. Почему инспектор Рейд хочет опять видеть меня? Ведь прошло совсем мало времени. Возможно, нашли мою одежду?
А если это так, значит, теперь смогут доказать мою невиновность! Теперь я снова вздохну свободно!
— О чем со мной хотел поговорить инспектор? — спросила я дрожащим голосом. — Он что-нибудь говорил тебе?
— Нет, а что такое? Он только сказал, что зайдет позже и побеседует с тобой, — ответила тетя Эмми. — Он согласился со мной, что не стоит тебя отвлекать, пока ты работаешь в приемной.
— И он даже не намекнул, зачем я ему понадобилась? — настаивала я.
Тетя Эмми покачала головой:
— Нет, дорогая. Сказал лишь, что заедет к нам по пути из Престуика около половины четвертого. И добавил, что будет тебе очень обязан, если ты сможешь с ним встретиться.
— Даже и словом не обмолвился, для чего я потребовалась! — вздохнула я. — Жаль.
— Инспектор выглядел очень озабоченным, Дина. Похоже, у него есть над чем поразмышлять. К тому же его наверняка замучили журналисты, требующие немедленно арестовать кого-то! Ой, чуть не забыла. Тебе звонил Майк Хендерсон! — Голос тети Эмми стал немного напряженным. — Он спросил, не собираешься ли ты идти в магазины, но я ответила, что ты занята и что я сама сделаю нужные покупки.
Она замолчала и дрожащей рукой поправила тщательно причесанные волосы.
— Возможно, не к месту сказано, но, Дина, Майку следует быть благоразумнее. Он все время вьется вокруг тебя, а это, сама понимаешь, может дать пищу для глупых сплетен. И, принимая во внимание твое нежелание выходить за него, необходимо прямо попросить Майка оставить тебя в покое на какое-то время.
— Бедняга Майк! — Я покачала головой. — Он был так добр ко мне, так пытался помочь, что у меня не хватит смелости сказать ему это. Очень не хочется в его глазах выглядеть неблагодарной и грубой.
— Ему следовало с большим пониманием и тактом отнестись к твоему решению и не навязывать свое общество. Я буду рада, если он наконец уедет в Нью-Йорк! — твердо сказала тетя Эмми.
— Уедет в Нью-Йорк?
— Да, он что-то говорил, будто его вызывают в главный офис фирмы в Нью-Йорке. Похоже, там считают, что он слишком долго отсутствует.
Я пошла в свою комнату, чтобы переодеться. На улице вдруг резко похолодало, и все небо затянуло черными, тяжелыми тучами. В комнате стало так темно, что пришлось включить свет, хотя было только два часа дня. Поднялся сильный ветер, и из трубы стал доноситься звук, напоминающий завывания злой сирены.