***
Тем временем у демиургов
Двое творцов удобно сидят на полотне пространства, уложенного в мягкие складки в неком подобии кресел. Взгляды их обращены к небольшому светящемуся шару, подвешенному в воздухе между ними. Девушка со звёздами в волосах не выдерживает и вздыхает. Чернобровый, но седовласый мужчина переводит взор на неё, нервно покусывающую губы, и хмурится:
— Что-то ваш Кардос заигрался в войнушку, тебе так не кажется?
— Я нашла для него противовес.
— Кого? Эту малышку сказительницу? — Он приближает её изображение движением двух пальцев и рассматривает повнимательнее. Хмурится.
Девушка спокойна и даже кажется чем-то довольной:
— Я дала ей силу дракона и пробудила спящую кровь обоих родов. У неё есть все пять стихий! Теперь ей под силу справиться с ним.
— Пусть сначала справится с собой. Хорошо, Совет Демиургов пока не будет вмешиваться в твой аттестационный проект. Всё-таки ты столько сотен лет в него влила. Но если баланс света и тьмы нарушится ещё сильнее, этот мир придётся уничтожить или обнулить в спирали эволюции.
Тут говорящий делает паузу и продолжает:
— И помни, отныне ты не имеешь возможности напрямую вмешиваться в судьбы обитателей Гардариан. Только опосредованно, через богов и избранных. Чаши весов должны прийти к гармонии сами. Иначе результат не будет засчитан.
— Я помню, профессор! Благодарю! — Звенит от облегчения и радости колокольчиковый голос нашей златовласой знакомой. — У них всё получится!
— Ну что ж, раз ты так веришь в них, я тоже тебе поверю. Лети, малышка! Тебя, кажется, уже дожидается твой сосед по парте!
— Спасибо, спасибо!
Учитель усмехается в усы, когда Элли выскакивает за дверь: «Как же всё-таки медленно взрослеют демиурги. Как ребенок, право слово! И так похожа на мать!»
***
Галэрия. Эльфийская академия целительства
Я сидела на теории защитных плетений и никак не могла отойти от шока: «Почему Вин не рассказал мне всю правду про сказителей? Про мою силу? Ведь он наверняка знал! Раз неоднократно перемигивался с ректором и делал внушения Инии. Почему? Неужели чтоб защитить меня?»
Лекцию вёл старенький, если вообще можно так сказать про остроухих, весь седой, но восхитительно ладный эльф. Да и уши, по большому счёту, были ещё менее заметными, чем у Дириниэля.
Его невероятную гармонию не портили ни проступившие неглубокие морщины, ни прозрачная белизна спускавшихся к коленям волос. Я даже представить раньше не могла, что такое бывает! А его голос — это вообще нечто особенное.
Как бархатно он звучал! Кажется, кровь сказителей по нему тоже немного прогулялась, я ощущала это всем сердцем. Он чертил примеры схем защитных плетений, а я слышала в них музыку. Невероятно! По партам пробежал шепоток, что ему уже больше двух тысяч лет!
После того, как учитель отпустил нас с урока, я подошла поближе, чтобы поблагодарить его за урок. Однокурсники уже убежали на полдник, ведь впереди было выступление ректора. И тут мне безумно захотелось упасть перед этим благородным эльфом на колени и попросить его благословения. Что я и сделала.
Маэстро До’Оре Тириндейль только лишь и успел, что удивиться:
— Ну что ты, внучка…
В этот момент в кабинет ворвался Виндорр и, как гром среди ясного неба, заявил:
— О, ты уже познакомилась с прадедом, отлично! А теперь тебе нужно перекусить перед нашей тренировкой или ты рискуешь пропустить вечеринку в драконьей башне.
Пока я пыталась осознать родство с этим чудесным, но совершенно незнакомым ещё час назад эльфом, новоиспечённый дедушка смотрел на моего дракона ошарашенными глазами, а тот никак не понимал, что он такого сказал.
Молчание разливалось по комнате как мой любимый туман.
А нет, это и правда был он. Я увидела в своей дымке истины, что мой отец и правда принадлежал к древнему роду сказителей. И хотя в нашей семье ещё остались эльфы, их дар находится в зачаточном состоянии, и песни других существ они не слышат. Помимо деда у меня оказалось и много других сородичей. На этом поток информации остановился.