Я кричу, точнее пытаюсь, но звука нет, зато есть кляп. Звучание моего голоса куда-то исчезло. А с ним и моя магия. Даже мычать не выходит, какое там выплюнуть это. Я барахтаюсь, злюсь, беззвучно реву, но лишь ещё больше застреваю в паутине ловушки. Жрец поймал меня, ничего не изменить. Я почти готова подчиниться и сдаться.
И тут неожиданно я вспоминаю мамин голос, её нежную колыбельную. Она так часто пела мне её в детстве, что текст просто впечатался в мою голову. Ого, да она на прадраконьем языке, я только сейчас это осознаю!
И хоть я не могу петь слова вслух, я слушаю их про себя. Сияющие разноцветными гранями напевы в моей голове звучат снова и снова, снова и снова.
«Рани-тай-дель, манита-рея, дори-но-рэль, кама-на-рель.
Рани-тай-дель, ларита-мэя. Элла-риэль. Элла-риэль…»
И вдруг бережное звучание маминого голоса разрывает эту мерзкую зловонную сеть на много маленьких лоскуточков. Я резко взмываю ввысь, чувствуя за спиной крылья свободы. Напряжение в груди постепенно отпускает. А дыхание смерти остаётся далеко позади.
В голове звучит смутно знакомый колокольчиковый перелив: «Не бойся, малышка, больше он не достанет тебя во сне. Но теперь тебе нужно быть ещё осторожней в реальности! Слушай подсказки сердца!»
И тут я резко сажусь на кровати, а потом бросаюсь к окну, судорожно вбирая легкими кристально-чистый и свежий воздух.
«Это был сон! Просто сон, сон, сон, — повторяю раз за разом, чтобы унять дрожь. — Кошмарный сон. Был. Всё прошло».
Я проверяю есть ли у меня голос, слушаю его звучание, чтобы удостовериться, что он вернулся. Напеваю мамину колыбельную.
Он со мной. Да. И магия тоже. Теперь всё будет хорошо.
***
В Храме Тьмы зеленоватые лица полны злорадного удивления и затаённого страха. Верховный бьётся головой об алтарь. Пена течет из уголка рта. Он в бешенстве. Этот голос, нежный голос его бывшей возлюбленной помешал ему найти её дочь. Заманить её в ловушку во сне и убить.
Нужно вырвать из себя это чувство, эту слабость, уязвимость. Не позволять себя больше унижать. Она сбежала. Она унизила. Она предала. Отдалась другому. И месть должна свершиться полностью. Как же найти девчонку? А отец! Как он посмел оставить его без подсказок! Да ему же тоже это нужно! Почему ему, Верховному Жрецу, вечно приходится всё делать самому?
Припадок медленно отпускает, волна злобы и самобичеваний тает. Наместник Тьмы пинками разгоняет свою паству с прохода и тащит своё искорёженное судорогами тело в подвал. Вынашивать новый план мести.
***
В этот момент Элли вздрагивает и трясёт золотыми локонами, чтобы успокоиться. Повторяет про себя: «Всё будет хорошо, я успела вовремя. Я не могу вмешиваться без просьбы существа. Ох, Создатель, как же хорошо, что она успела меня позвать!
Нужно поговорить с наставником, а ещё выпить травяного чайку с пирожным! Это невозможно выматывает! И связаться с Ним! Хватит уже отлынивать, это и его Мир тоже! Пора восстановить потоки магии и дать Тин ещё больше сил! И найти новых помощников!
Иначе игра рискует перерасти в войну, а нам нужна её победа! Как же сложно расслабиться, когда тут такое».
Она медленно выдыхает и грациозно ставит сияющий шар на место — в центре белой комнаты. А потом мгновенно сотворяет золотистый портал и ныряет в него. Лишь тихий звук, похожий на шелест трав, эхом летит за ней.
***
«Вот это пробуждение! Самое мрачное за все дни в Гардариан. Надеюсь, это был просто сон. Хотя подозреваю, что нет. Нужно рассказать Вину. И прадеду. Не к добру это. Хоть она и сказала, что во сне Жрец меня больше не достанет, но что-то грядёт, я чувствую. И, кстати, кто это — она? Голос знакомый, переливается множеством колокольчиков».
Я снова высунулась в окно — едва занималась заря. Ещё и не выспалась. Я вздохнула, накинула халат, взяла с собой все эликсиры, которые остались, и тихонько прокралась в чаро-баньку. Лечить нервы. Ещё бы выпить травяного взвара и слопать чего-нибудь сладенького. Надеюсь, до завтрака дотерплю.
Потратив часа полтора на водные процедуры, а напоследок взбодрившись ледяной водицей из купели, я, наконец, вернулась назад в комнату. Волосы вяло сопротивлялись моим рукам, так что я быстро заплела их в простую косу. Всё равно причёска растреплется, зато сделаю вид, что старалась блюсти приличия.