Кажется, ещё секунда – и я совершу непоправимое, а на моих руках будет кровь, но что-то подсказывает, что мне нельзя сейчас срываться, позволив зверю взять верх. У меня всего секунда на размышление, прежде чем кто-нибудь решит попытаться встать на моём пути, так что я просто отступаю, взглядом обещая девицам ещё встретиться.
Моё тело такое гибкое, а лапы столь быстры, что за мной не угнаться, а я бегу куда-то вперёд, спрыгивая с третьего этажа, будто гравитация вообще ничего не значит. Выламываю собой двери, оказываясь на улице, и никто не в силах остановить меня сейчас, да я и не хочу. Свобода опьяняет, давая мне то самое чувство полёта, какое я всё это время безуспешно искала, а приятное напряжение в каждой мышце заставляет нестись вперёд ещё стремительнее.
В лесу, куда меня заносит, смолкают звуки. Я распугиваю всех птиц, а мелкие зверьки прячутся по своим норкам от страха, только мне они и не интересны – всё, что меня волнует это возможность просто бежать без оглядки, обгоняя ветер, не думая ни о чём, и я на самом деле просто отдаюсь ощущению этой лёгкости, какой никогда ещё не испытывала.
Правда, толком насладиться этой невесомостью мне не позволяют.
Наперерез мне летит тень, и она такая же быстрая, как я.
Нет уж, не позволю отнять у меня последнюю надежду!
Совершаю рывок, прибавляя скорости, радуясь, что оторвалась, и какое-то время упиваюсь этим достижением, а затем в меня что-то врезается, повалив на землю. Ловит голыми руками, не боясь быть пораненным, и от неожиданности моё тело начинает меняться. Ничего не могу поделать с обратной трансформацией, но это ерунда, потому что Дем не собирается просто оставлять меня в покое. Он наваливается, фиксируя моё обнажённое тело собой, а я отбиваюсь так, словно от этого зависит моя жизнь, и никогда прежде мне ещё не хотелось быть от него, как можно дальше.
─ Пусти! Отвали от меня, сказала!
Целует яростно, напористо, подавляя мою волю к сопротивлению, угасающую с каждым движением языка, и вскоре понимаю, что мы уже дома, а моя спина прижата к постели.
─ Угомонилась?
Смотрю на него – такого спокойного, даже хладнокровно-равнодушного, и осознание вдруг накрывает вместе с недавними словами Криса. Мозг сейчас работает в два раза быстрее, так что жестокая догадка пронзает разум отравленной стрелой, и хочется вцепиться в его лицо… Дем всё это специально устроил, чтобы спровоцировать мою кошку, и вышло именно так, кого он того и хотел, а я всего лишь поддалась глупому желанию своей половины. Сама себя предала. Выдала свои к нему чувства, но что самое ужасное, он всё прекрасно понял.
─ Ненавижу тебя! ─ выплёвываю от чистого сердца, только Демьяну плевать на мелких идиоток, влюблённых в него без памяти.
Он опускает одну руку, ведя по моей груди, и медленно, словно издеваясь, обводит сосок большим пальцем, лениво приговаривая:
─ Учись жить с этим, зайка… Потому что мне всё равно.
Покидает он меня, просто исчезнув, а я настолько зла, что готова взорваться.
─ Будь ты проклят, слышишь?! Ненавижу-ненавижу-ненавижу!!!
Вскакиваю с кровати, круша всё вокруг, как в припадке, и кричу, пока голос совсем не пропадает, но даже так никто не приходит ко мне, чтобы вправить мозги. Это заставляет меня только сильнее беситься, царапая стены когтями, однако всё тщетно – я лишь трачу оставшиеся после обращения силы, правда что-то всё же происходит.
Я слышу, как земля под домом приходит в движение, как шевелятся внизу корни деревьев, хотя мне нет до этого никакого дела. Я поглощена своей обидой, выжата, опять заперта и раздавлена. Хуже я себя, пожалуй, ещё не чувствовала.
Именно в таком состоянии меня и вырубает после выматывающего утра, стоит только лечь и прикрыть глаза. Так я сплю целый день, никем не потревоженная, а утро встречает гостьей. Когда я только просыпаюсь с дикой усталостью, не понимая даже, где нахожусь, на пороге стоит Дарина, осматривая спальню, но в её глазах море переживания, несмотря на подбадривающую улыбку.
─ Сдаётся мне, кому-то тут нужна помощь, ─ беззаботным, почти бодрым тоном говорит она, оглядывая то, что осталось от некогда красивой комнаты, полностью заросшей побегами странных, колючих веток кустарника, смутно напоминающих мою малину около дома. ─ Ну так как, бросишься на меня уже?
И я бросаюсь, позволяя Рине стиснуть меня в крепких объятиях, а потом сама не понимаю, как слёзы катятся по щекам.
Кажется, своего предела я достигла.