Хоккейная школа «Адмирал» приняла Димку как родного, и он старался влиться в коллектив, хотя было не просто, здесь играли мягче, не так агрессивно. Скоро планировалась спортивная смена в Международном детском центре «Океан». Чёрт, как же ему здесь не хватает Логана! Да, друг был бы здесь сейчас очень кстати. Надо позвонить ему сегодня.
– Димка, Диииим, - тычет сестра брата носом в шею.
– Уууууу, - он притягивает девчушку ещё ближе.
«Ещё один медведь», – мелькает у Наташи в голове.
– Смотри, смотри! Акулы! Настоящие! Акууулы! И рыбёхи ещё. Мелкие какие-то.
– Не-а, Малая, не вижу. Просто облака. Белые, кудрявые.
Димка поднимает голову в небо и смотрит ещё раз более внимательно.
– Ну, Дииим, – она утыкается лбом в его уже бритый подбородок, а потом хватает его двумя руками за щёки и поворачивает его голову, – Ну, Диииим, ну вот же они! Смотри!
– Зайчонок, ну не вижу я, прости. Но ведь, главное, что ты их видишь, да? Значит, они есть.
Врать и подыгрывать в их семье не принято. Даже самым маленьким. Всего их четверо, если не считать Кристинку, сестру по отцу, тогда Димка старший, следующие близнецы Катя и Алекс, а потом уже Наташа. И их младшенькая та ещё фантазёрка. В парке она видит Волшебный лес, на Орлином гнезде ей видится логово дракона. А мосты так вообще её отдельная фантазия – спящие чудовища с открытыми пастями. С таким забавным видом она пялится в окно, когда они проезжают по низководному мосту, который Наташа обзывает змеюкой, или по мосту на остров Русский. Старшая Катюша тоже, конечно, затейница, но её фантазии выражаются при помощи красок и кисти на бумаге. Успехи девочки в рисовании отмечают и в художественной школе, свои истории девочка показывает цветом и формами. А Наташа же говорит! Рассказывает. С эмоциями, жестами. Но не всем, только самым близким. Для всех остальных она – очаровательная молчунья с тёмными волнами кудрей и огромными синими глазами.
Но отдельное волшебство для маленькой Наташи – это океанариум. А всё началось с того, что Алекс, которого в шутку называют «Святой Франциск», «отработал» на ней свой проект и прочитал Наташе целую лекцию про интеллектуальные способности дельфинов, про попытки обучить их человеческой речи. С тех пор уже больше года каждые выходные девочка приезжает в океанариум, чтобы говорить с дельфинами. Она ни разу не пропустила этих разговоров, за исключением того месяца из-за их переезда. Было удивительно, как в этой девочке одновременно живут и не по годам умный исследователь, немного философ и даже учёный, и малышка с буйной фантазией.
Гром по привычке запрыгивает в багажник внедорожника, Дима снимает намордник и треплет по голове между ушами. Они все садятся в машину, Дима проверяет, пристегнулась ли Наташа в детском кресле.
– Па, мне к Дэнчику надо. Отвезёшь?
– Сейчас? Сразу после тренировки?
– Да, мы с ним договаривались.
Наташа как оленёнок вытягивает шею и вострит ушки. При упоминании знакомого имени распахивает глаза и расцветает улыбкой.
«Твою ж дивизию!», – ругается про себя отец: «Ведь и правда, влюбилась. Эххх».
– А я с ним. Можно, я с ним, а? Ну, пааааа.
Саня кивает головой. Ну вот как этим девчонкам удаётся из него верёвки вить? Наташа обнимает его сзади, прижимая горячие ладошки к груди, и касается губами затылка.
Саня вставляет гарнитуру в ухо и тут же, на парковке, набирает номер, жена берёт трубку почти мгновенно:
– Добрая, мы к Юльке. Что-нибудь надо? – и выслушав ответ, добавляет, – Понятно, я тогда их там оставлю, потом заберу.
Они катят в огромном чёрном «Hummer» по бугристому из-за многочисленных сопок залитому солнцем городу, слушают какую-то местную радиостанцию, из динамиков льётся ретро. Как будто уловив этот уникальный момент, RJ на радио угадывает их настроение, и раздаётся «Уходим, уходим, уходим. Наступят временя почище… Владивосток 2000». Саню опять захлестывает щемящая тоска вперемешку с ностальгией, острая колющая любовь к этому городу, где прошла его юность, студенческие годы. Город, где они с пацанами дружили, впрягались друг за друга, били морды гопоте, любили до одури, гуляли с девчонками, пили «Капитанский ром» с колой и курили контрабандный японский «Парламент». Он вдруг вспомнил свой первый «Land Cruiser» «соточку», ЗАГС Фрунзенского района и Регинку, тогда ещё совсем девчонку, в первом ряду гостей, сжимающую руку его друга. Может, и к лучшему всё это, переезд этот. Владивосток. Он скучал.