- Ну что, плод у вас крупненький, так и вы не маленькие, так что не страшно. Таз у мамочки широкий, так что показаний к кесареву я не вижу. Растет плод хорошо, патологий никаких я не вижу. – Он повернул к нам экран. – Это головка, вот ушко, вот носик, смотрите, он глотает воды. – В этот момент малыш открыл рот и сделал глоток. –Так, это ручки, вот пальчики, вот ножки. Что у нас тут, так… Мамочка и папочка, поздравляю, у вас будет девочка.
Ваня на этих словах подскочил с места, подбежал к доктору и обнял его.
- Ну, обнимать нужно не меня, а свою жену. Это она у нас молодец. Ну что, я вас больше не задерживаю. Мамочка может вставать и вытираться. Папа, - он протянул ему снимок нашей малышки. – Держите фотографию своей дочки.
Глава 24.
После того, как мы узнали о том, что у нас будет дочка жизнь заиграла еще более яркими красками. Теперь мы уже не называли нашего пузожителя малышом или ребенком, а называли ее то принцессой, то ягодкой, то маленькой девочкой. Иван хотел назвать дочку Варей, а я решила, что у дочки будет имя мамы Ивана, так сказать моя благодарность этой женщине за то, что она подарила этому миру такого замечательного мужчину.
В конце апреля мы отпраздновали мой двадцать пятый день рождения втроем, не считая собаки. Правда на следующий день к нам в гости явился Петя со своей невестой. Нам с Ваней девушка понравилась, поэтому мы с радостью приняли ее в наш дружеский круг. А та в свою очередь обещала устроить для нашей семьи незабываемую фотосессию.
Май был просто не выносим, живот рос не по дням, а по часам, поясницу стало ломить, кости таза тоже болели, про утиную походку я вообще молчу. Я уже не могла сама зашнуровать кроссовки или натянуть чулки, с трудом поднималась с кровати или глубокого кресла. Спать на одном боку было невыносимо тяжело, стоит ли говорить о том, что стоило мне наконец-то уснуть, как меня будили частые ночные позывы в туалет. Появились отеки, кольца ужасно впивались в пальцы, что их пришлось снять и повесить на цепочку. Гардероб приходилось менять чуть ли не каждую неделю, потому что мне все было мало.
Я проклинала май и июнь за жару и потные вещи. Ненавидела духоту и то, что нельзя включать кондиционер, потому что «а вдруг простудишься». С каждым днем я все больше и больше чувствовала себя неваляшкой.
Ваня к этому моменту окончательно превратился в папочку. Успевал одновременно отчитывать дизайнерский отдел и уговаривать ремонтников побыстрее закончить ремонт в детской и собрать уже эту мебель. Одной рукой варить себе кофе, а второй помешивать рисовую кашу для меня. А еще он пытал Ареса, то запеленать его попытается, то памперсы надеть. Арес все стойко терпел, а потом бежал ко мне и прятался за ногами. Ваня за время нашей с Маринкой беременности умудрился подружиться с Томом. И теперь, после того, как Марина родила, папаши часто созванивались и обменивались советами.
- Маш, Марина звонила, сказала, что в прошлый приезд оставила у тебя какую-то важную папку. Теперь ей срочно нужно ее переслать.
- Вань, посмотри в гардеробной с левой стороны внизу. Я обычно все туда убираю, - я сидела на кухне и жевала очередное яблоко. – Нашел? – но в ответ последовала тишина. – Вань, ты там живой? Только не говори, что тебя накрыли мои вещи и ты не можешь выбраться. Вань? – я вновь позвала мужчину. – Вань, не молчи, я уже начинаю волноваться.
Пришлось встать и пойти на поиски мужа. Он нашелся сразу, стоял в гардеробной и смотрел на какие-то бумаги.
- О, нашел. Пойдем выгуливать Ареса и занесем документы на почту, так уж и быть потратимся на экспресс доставку. Любимый?
- Это что такое? – тих спросил муж, показывая на бумаги.
- Откуда я знаю. Это то, что оставила Маринка.
- Нет, это твои документы. Они лежали вон в том пакете, - Иван показал на тот самый бумажный пакет, что в новый год вручила мне мама. Надо же, как я могла про него забыть.
- Ой, там какой-то подарок от мамы был, я решила посмотреть его потом и забыла.
- От мамы? – он уткнулся в документы, - это ты сейчас говоришь про Холодову Лидию Семеновну, генерального директора Колдгрупп?
- Вань, - сердце замерло в испуге. – Ты только не придумывай сейчас себе ничего лишнего.
- Ничего лишнего? Этот договор подтверждает, что ты являешься обладательницей сорока процентов акций Колдгрупп и ты говоришь мне «не придумывай лишнего»?
- Этого не может быть. Я же все подписала маме. Отказалась от фирмы в ее пользу.
- Так это еще и твоя фирма? Круто! Зачем тогда ты так рвалась на работу ко мне, когда у самой было место генерального директора под попой.