— Я за ними присмотрю, — с готовностью закивал Лиас.
— Присмотрит он, — я рассмеялась и взъерошила ему на голове волосы. — Ладно уж, догоняй своих.
Лиас, подхватив увесистый узел с вещами, изо всех сил побежал догонять счастливую парочку.
— А собственно что тут происходит? — за моей спиной тихим шепотом осведомился невесть откуда взявшийся Макс.
— Воссоединение семьи тут происходит. Правда красиво?
— Согласен. Недурно.
— Ты же не против еще одного жителя? Говорят он неплохие амулеты делает. Вдруг те самые, которые ты мне отдал. — я похлопала по сумке, где хранила отобранные у Кортэя амулеты, но привычного звяканья не услышала. Напугалась, что потеряла их, но потом вспомнила, что оставила кошелёчек со всякой мелочью в столе и выдохнула. — Разберемся позже, да?
— Ладно, но позже, сейчас ты мне всё подробно и обстоятельно расскажешь. Ань, я не успеваю за твоими приключениями.
— Я сама за собой не успеваю, куда уж тебе. — хихикнула я.
Глава, в которой небо и земля соединились
После того случая с Хони в Городе в горах мне почти каждую ночь снилось, что я в виде собаки бегаю по городу. Иногда бегаю по возле Холоми, рыскаю по кустам, нюхаю ветер с Хурона, но чаще всего, сидя на крыше Мохнатого дома смотрю на Луну.
А этот раз мне снилось, что я села медитировать в своей квартире на четырнадцатом этаже где-то там, в другом мире, в моём прошлом мире. Сижу я сижу и слышу зов. Кто-то зовёт меня не голосом, но я точно знаю, что это моя стая и они ждут меня где-то за высокой стеной. Ждут, зовут, а я тут прохлаждаюсь в тенёчке. Уже не понимаю где медитация, где сон я рвусь и лечу на этот зов через синие звезды, белые водопады, куда-то далеко и близко одновременно.
Остановилась лишь когда почувствовала у себя под лапами холодные камни мостовой. Запах вокруг был очень знакомый — пряный, влажный и чистый. Так пахнет глубокая ночь на окраине города, когда вроде все уже улеглись спать, но кто-то еще допивает последний стакан вина и доедает уже слегка почерствелый пирог, когда тень от ветки на стене детской напугала проснувшегося мальчугана, когда студент, зябко поведя плечом, поудобней уложил на книге руки и бессильно вздохнув уснул, когда еще много всяких когда. Это была тихая синяя ночь в городе смутно мне знакомом. Я даже вспомнила, что здесь у меня живут друзья и мне обязательно нужно их навестить.
Моим лапам было жестко и колко ступать по камням мостовой, поэтому я подпрыгнула и пошла чуть выше дороги, прямо по воздуху, как умела будучи человеком. Так идти было намного приятней, но долго, поэтому лапки мои сами собой как по лестнице запрыгали вверх и я оказалась выше крыш на мягких как вата облаках. Где-то далеко я увидела высокий дом, опутанный не то плющом, не то виноградом и направилась к нему. Неуверенно шагая по ночному небу на половине пути меня что-то остановило. В тот дом мне больше идти не хотелось, я поняла что он сейчас пустует, не с кем мне там было говорить, а вот если повернуть направо, то в высокой башенке вон того замка я могу встретить одного из прекраснейших людей, которому могу задать кучу вопросов. Какие вопросы я собиралась задать этому человеку сейчас даже не вспомню, но они определённо тогда были.
Я точно знала куда иду, уже во сне сообразила, что направила свои лапы в Иафах к сэру Шурфу. Сон сном, но этикет и порядки никто не отменял, поэтому мне пришлось спуститься с грешных небес на землю и пойти пешком. Не дошла я до ворот, меня окликнули раньше.
— Эй, фьють! Собачка!
Я замедлила шаг и внимательно посмотрела туда, откуда меня звали.
— Хорошая собачка, иди сюда.
И тут я поняла что это был тот самый зов, это он меня и привел в город. Я сделала шаг вперед, потом еще один, вот я уже стою на одном конце песчаной дорожки, а на другом её конце стоит чудовище. Никогда прежде мне не доводилось видеть что-то подобное. Лицо у человека, а это был совершенно точно человек, постоянно сползало назад, словно его сдувало ветром и оно мгновенно отрастало снова, многочисленные руки придерживались такой же стратегии поведения. Вся эта подвижная конструкция молча наблюдала как я сделав последний шаг остановилась, почти обсикалась от страха и поджала хвост к животу. Хвала магистрам, сон не подразумевал подобного рода физиологических конфузов и я просто прижалась к влажному песку попытавшись слиться с ландшафтом.
«Что? Страшно тебе?» — прозвучал голос у меня в голове.
«Очень» — ответила я кому-то.
— Ну вот поэтому мы с тобой так долго и не встречались, а сейчас уже можно. Ты, как выразился Маба, настоялась, — многоликое и многорукое чудовище как-то качнулось и предстало передо мной в образе пожилой леди. — Ну, так и будешь дальше бояться или подойдешь?