– Леля, ты загораживаешь дверь, как же гостья войдет?
– Ой, извините, пожалуйста, проходите, проходите, обувь не надо снимать, у нас ковров нет.
Настя вошла в прихожую, начала что – то мямлить про музыку. Самой ей казалось, что она не говорит, а блеет как коза.
– Вы, наверное, соседка, да? Простите нас, пожалуйста. Мы не подумали, что так слышно через стену. Ой, как неудобно получилось. Понимаете, у нас вечером выступление. Мы с Мариком танцуем танго, хотели еще чуть – чуть движения отработать. Но мы так громко больше не будем включать.
Они ТАНЦУЮТ танго! Оба, в инвалидных колясках!
– А что мы все в коридоре толчемся! Вас как зовут? Настя. Очень приятно. Я Марик, а это моя жена Леля. Проходите в комнату, мы вас угостим замечательным фруктовым чаем. Вы, наверное, никогда не пробовали такой чай. Нам, его друзья привезли. Леля, проводи Настю в комнату, я поставлю чайник.
Настя пыталась отнекиваться. Хотела соврать, что дома куча дел и вообще ее ждут. Но почему то стало стыдно перед ребятами. И она осталась.
Через какое – то время ей стало казаться, что она сто лет знает Марика и Лелю. Незаметно перешли на «ты». Настя, почему – то легко перескакивала с темы на тему. Рассказывала о себе. И даже неприятности выходили в рассказе, какими – то смешными и не серьезными. Леля взмахивала руками, ойкала, смеялась. И Настя смеялась и, не осознанно, копировала Лелины движения.
Потом отодвинули стол и Марик с Лелей показывали свой танец, постоянно поясняя, что в комнате места мало, но на выступлении будет зал, и вот это, и это движение, будет смотреться эффектней.
Они выступают на конкурсе танцев, для людей с ограниченными возможностями. Конечно, хочется победить, хотя бы из спортивного азарта. Но там многие ребята замечательно танцуют.
Как они поедут? Да очень просто, за участниками приходит специальный автобус. Они сто раз уже ездили выступать. А Марик даже участвовал в параолимпийских играх. Только он не занял призовое место. Но за то они с Лелей познакомились с такими ребятами! И теперь к ним приезжает друг Зденек, подруга Магда. А к Энтони в Рим, они ездили сами. Только куда – то ехать без сопровождения им трудно и не положено. И получается дорого. Но вечерами, они могут общаться в интернете.
Потом стали рассматривать Лелино концертное платье. Насте очень понравилось. Ткань такая красивая, черная с блеском. Блондинке Леле должно очень пойти. Только жалко перчаток нет. Леля считала, что танго надо обязательно танцевать в длинных кружевных перчатках. Марик говорил, что это роли не играет. Главное, танец. Но Настя, тоже начала доказывать, такая музыка просто обязывает, это же танго! И тут же, эмоционально, как Леля, всплеснула руками.
– Лелька! Я вспомнила! У меня есть длинные перчатки. Кружевные, как ты хотела. Я сейчас быстро, я мигом, они черные, ну как раз, то, что надо.
Настя выскочила из – за стола, ― Марик, дверь не закрывайте, я сейчас.
Она сбежала вниз по лестнице, выскочила из подъезда и вспомнила, что не надела плащ. Ну и ладно, не сахарная, не растает. Дождь продолжал монотонно стучать по карнизам. Нет, не монотонно, если прислушаться, похоже на вступление аргентинского танго. Пока добежала до своего подъезда, вымокла до нитки. Уже открывая дверь, Настя, зачем – то подставила ладонь под падающие капли. А дождь то, оказывается не серый, он цветной! Все капли разного цвета!
Сейчас, сейчас, она принесет Леле перчатки. И еще, надо взять розу. У нее была, где – то красная искусственная роза. На черном платье она будет выглядеть потрясающее!
Танька
Резко звякнуло ведро. Танька вздрогнула, и отступила назад.
– Вот, ду – у – у – ра! Всю ногу отдавила! ― Сердитая Аня, больно ткнула кулаком в худую Танькину спину.
– Да я же не нарочно! Вдруг, думаю, там она.
– Кто она – то?
– Эта… няня Василина.
– И чо? Подумаешь, прошли бы тихонечко, она и не увидит.
– Страшно!
– Ну и сыкайся тогда в коридоре, бояка! ―
Аня решительно направилась к туалету, Танька обреченно поплелась следом.
Вот повезло! В туалете действительно гремела ведром няня, но не страшная Василина, а обычная Света.
Ругать не стала, шикнула только, что мол, вам ведро поставили, и нечего по ночам разгуливать. Ходят, только полы пачкают, не намоешьси!
Почему она так боялась няни со странным именем Василина, даже сама Танька понять не могла. Ничего плохого ни сделала, ругала, как всех, ни больше, ни меньше. Даже тряпкой не замахивалась, как на мальчишек. А от чего – то, было страшно. Может потому, что няня была некрасивая и большая? И никогда не улыбалась.