Пристально глядя на меня, тут же сидел и дракон. Взгляд его был жалостливым и одновременно умоляющим, но в нем не было ни капли раскаяния. А раз нет раскаяния, значит, не будет и прощения, и вообще... ты мне противен, не могу тебя видеть, и со слезами на глазах забегаю внутрь башни. Дракон следует за мной по пятам. Быстро подхожу к лестнице в конце комнаты, стремительно поднимаюсь по ней, открываю пыльную крепкую дверь, вхожу в комнату и, закрывая деревянную дверь перед самым носом дракона, тут же ее запираю. И затем, прислонившись спиной к холодной каменной стене, медленно скатываюсь на пол и плачу навзрыд. Плачу долго и основательно, пытаясь тем самым преодолеть предательство горячо любимого человека, того, с кем хотела связать свою судьбу и подарить всю себя... А что в итоге? Я жестоко обманулась на его счет и... улыбаясь сквозь слезы, выплакала целое море слез, как говорит моя бабушка. Остекленевшим взглядом смотрю вперед и глухим голосом произношу: «Море слез, мо-ре... и, чтобы как-то отвлечь себя от печальных мыслей, вообразила бескрайнее синее море, с его тихим прибоем и белыми гребнями вол...
Полы становятся похожи на серебряную поверхность зеркала, по нему стремительно, одна за другой пробегает рябь, и я резко падаю вниз.
"Только не это, - усталым голосом произношу я, и глубже погружаюсь в прозрачные воды. - Только не сейчас, но уже поздно, ибо мой дар мага грез вступил в силу, преодолеть которую в особо стрессовые моменты своей жизни я не способна. И он, зная это, сейчас, впрочем, как и всегда в подобных ситуациях, пытается защитить и поддержать меня, отвлечь от тягостных мыслей и глубоких переживаний".
Мягко опускаюсь на песчаное дно. Вокруг кипит жизнь: пестрые рыбки снуют во всех направлениях, яркие водоросли - красные, желтые, фиолетовые, розовые и многие другие - в такт им колышутся, а вдали сияет всеми цветами радуги хрустальный дворец морского повелителя. Несколько русалок с жемчужными тиарами в длинных волосах, кораллами на шее и пунцовыми хвостами, появившихся из ниоткуда, взяли меня за руки и вместе со мной стремительно плывут во дворец. А там шум, смех, веселье. Огромные полосатые рыбы трубят в раковины, извлекая из них причудливую мелодию, пары кружатся в танце, выделывая причудливые па. Я невольно становлюсь частью этого танца, переходя, как тряпичная кукла, из рук одного партнера-тритона с зелеными волосами и ожерельем из ракушек, в руки другого, уже синеволосого и с жемчугами на шее, затем в руки голубоглазого и златокудрого с синей серьгой в ухе. Все они весело щебетали мне о том, какой замечательный бал, как прекрасна музыка, и как весело. Вот только в моей душе мрак и опустошение, и эти подчеркнуто дружелюбные и радостные разговоры неприятны, а эти приветливо улыбающиеся лица раздражают. В попытке прекратить все это, произношу заклинание прерыва грез и, запрокинув голову, умоляюще смотрю на потолок. И вижу там только огромное зеркало, в котором из всей многоликой толпы отражается только мое лицо. С бледной кожей, красными опухшими глазами, и тонкой ниточкой рта вместо обычно пухлых губ. Миг, и по всему лицу проходят трещины, разделяя его на множество моих маленьких лиц, каждое из которых заключено в свое отдельном маленьком кусочке зеркала. Затем с громким звоном зеркало разбивается, все эти серебряные кусочки падают вниз, как конфетти на празднике. Я зажмурила глаза и продолжила произносить заклинание прерыва.
Открываю глаза и вижу перед собой городок с игрушечно-пестрыми домами, золотым замком с перламутровыми куполами и высоким шпилем, увенчанными огромным опалом и маленькими человечками в кукольных одеждах, каждый из которых занимается своим делом. Вот мама катит розовую миниатюрную колясочку, вот торговец показывает алый шелк клиенту, там дети весело играют в догонялки, а здесь прекрасная принцесса с короной на голове стоит на балконе замка и машет мне своей изящной ручкой в белоснежной перчатке. Но этот сказочный город, изображенный в моей грезе точно таким, как и в моей любимой детской книге, не вызывает восторга. Даже то, что я стою вверх тормашками на огромной радуге, полностью опоясывающей город, уже не кажется мне забавным. А ведь раньше этот прием с радугой, сказочным городом и миром с ног наголову всегда радовал или, по крайней мере, вызывал улыбку.
А что сейчас? Слезы одна за другой катятся по моим щекам и словно дождь падают вниз в виде блестящих капелек на балкон принцессы. Она с укоризной смотрит на меня и грозит пальчиком, чтобы я немедленно прекратила мочить ее пышное платьице. Но все это напрасно, поток слез только увеличился и в порыве отчаяния я закрываю ладонями лицо.