Зато у неё ещё была надежда, что река действительно знает — и расскажет ей свои тайны. А если она ошибается… что ж, всё равно она устала от этой бесконечной суеты.
Собравшись с силами, ворона стремительно взлетела ввысь. Там, в холодном светлом просторе, она сложила крылья и камнем упала вниз. Рты на воде гостеприимно раскрылись и проглотили её, принимая в свои владения.
г. Якутск
20 марта — 28 июня 2012 г.
Фолэм
1
С утра пошёл дождь. Небо было затянуто серыми тучами, навевающими тоску — даже вставать с кровати не хотелось, не то, что выходить из квартиры и куда-то идти. Антон полчаса пролежал с закрытыми глазами, мысленно пытаясь остановить или хотя бы замедлить назойливое тиканье часов на стене. Но они продолжали невозмутимо идти, двигая утро вперёд. Наконец, он поднялся и поплелся в душ.
За завтраком Антон обдумывал «мероприятие». К Лене он обещал заехать часам к одиннадцати, когда её мать гарантированно уйдёт на работу. Прямо как в школьные времена, когда он встречался с девушками по подъездам да укромным улочкам. Он улыбнулся. Итак, он подъезжает к ней, делает звонок, Лена спускается, потом они едут к месту назначения.
Позавтракав омлетом без особого аппетита, Антон взглянул на часы. Половина десятого. Ещё есть время.
Час он провёл, валяясь перед телевизором на диване — смотрел утренние викторины. Почти не слушая, что говорят ведущий программы и игроки, он сосредоточенно грыз ногти: детская привычка, которую года так и не сумели извести. Когда викторины сменились дневными новостями, он нехотя встал и вышел из квартиры.
Серая девятиэтажка, где жила Лена, этим хмурым утром почти сливалась с небом. Он остановил свой «Форд» у второго подъезда и мрачно посмотрел на дом снизу вверх. На балконах развевались выстиранные одежды — тоже, как на подбор, блеклые и бесцветные. Понадеявшись, что хотя бы Лена будет одета во что-нибудь цветное наперекор этому мерзкому утру, он набрал номер на телефоне.
Она взяла не сразу, а когда ответила, голос у неё был глухой и невыразительный. Она молча выслушала его и сказала:
— Жди, я через пару минут.
Конечно, пришлось ждать не меньше десяти минут. Антон к такому привык за время отношений с девушками. Он опустил стекло на дверце автомобиля и закурил, выпуская дым в окно. Лёгкая головная боль, преследовавшая с утра, исчезла после пары затяжек.
Лена была одета в светлый костюм, который смотрелся на ней очень элегантно. Антон раньше не видел её в этой одежде, поэтому задержал на ней взгляд. Лена покрасила свои волосы в ярко-рыжий цвет месяц назад, но сейчас краска начала тускнеть, и в корнях волос уже угадывался истинный оттенок. Он вспомнил, как впервые увидел её. Тогда она была жгучей брюнеткой. Они познакомились после дурацкой драки на улице, в которую Антон и его друзья влезли из-за Игната.
— Привет, — осторожно приветствовал он, когда она уселась на кресле пассажира.
— Привет, — она положила руки с алыми ногтями на колени. — Едем.
— Как ты себя чувствуешь?
— Отлично.
— Может, купить чего выпить? Воды, сока…
— Нет. Поехали.
Выруливая обратно на улицу, Антон чувствовал себя неуютно. Лена не хотела с ним говорить — это было ясно. Да и глупо было бы ожидать, что она в такой день будет в хорошем настроении. Но всё равно в нём шевельнулась обида. Это было их совместное решение — так какой смысл сейчас строить из себя оскорблённую невинность? Им не по семнадцать лет…
Белое здание располагалось в одном из центральных кварталов города. Дорога не заняла много времени. Антон больше не пытался заговаривать с Леной, она тоже хранила молчание. Чтобы тишина в салоне была не такой гнетущей, Антон включил радио. Так и доехали до клиники.
Паркуясь за высокой оградой, Антон украдкой наблюдал за своей спутницей. Она была бледнее, чем обычно, но выглядела спокойной. Только кисти сильнее легли на колени, и на пальцах появились морщинки от давления.
— Выходим? — нервно спросил он. Лена кивнула. Когда они шли к зданию, ему хотелось взять её за руку, сказать что-то ободряющее, но он не осмелился.
Они прошли под большой зелёной вывеской у входа, открыли дверь и оказались в чистой приёмной. Женщина в белой одежде, сидящая за столиком, вопросительно посмотрела на них.
— Вэ сто шестнадцать, — сказал Антон ей. Ему не требовалась бумажка, чтобы вспомнить присвоенный ему номер: он занозой сидел в памяти с тех пор, как он услышал его. — Я был у вас неделю назад. Доктор Грюнвальд назначил предварительный приём на сегодня.