«Нужно лечь на кровать, — подумал он. — Скоро начнётся».
Скинув тапочки, он взобрался на кровать с ногами и откинулся на подушку. Мысли стали спокойными и перестали скакать туда-сюда, как норовистый жеребец — может, порошок уже давал о себе знать, а может, это было самовнушение. Антон расслабился всем телом, наблюдая, как за окном плывут громады серых облаков. Через полчаса по всему телу стало разливаться странное ощущение — что-то вроде приятной щекотки, которая циркулирует вместе с кровью в венах. Антон улыбнулся. Вот это, конечно, уже действие грибов — посмотрим, что будет дальше…
Щекотка прошла так же быстро, как началась. Некоторое время Антон просто лежал и ждал продолжения, потом заметил кое-что странное. Облака, до этого гонимые ветром, перестали двигаться по небу. В комнате повисла оглушительная тишина. Посмотрев на круглые часы над кроватью, Антон увидел, что секундная стрелка замерла. Вся комната застыла, стала монолитной, как будто выкованной из гранита. Даже подушка под головой стала жёсткой. Антон попытался оббить её кулаками, но руки упрямо отскакивали от ткани.
«Ох ты, чёрт», — подумал Антон с лёгкой паникой. Ничего подобного из-за травы с ним не происходило.
«Я уже в отключке? Это видение?».
Он попробовал встать с кровати. Это удалось очень легко. Тело буквально парило в воздухе, словно в комнате наступила невесомость. Антону пришлось вцепиться пальцами в краешек стола, чтобы не улететь под потолок. Отсутствие привязанности к полу ужасало — будто вот-вот сорвёшься и улетишь в мировое пространство…
Громкий скрип двери спальни заставил его очнуться. Оказывается, он вовсе не поднимался с кровати и не летал под потолком. Он по-прежнему лежал на кровати. Подушка под головой была мягкой. Облака плыли. Часы ходили. Всё было нормально, вот только дверь приоткрывалась сама собой, и из образовавшейся чёрной щели тянуло лютым холодом. Антон увидел, как линолеум под дверью заледенел.
«Надо закрыть, — подумал он. — Чего доброго, ещё замёрзну насмерть».
Ему не хотелось умереть от холода в наркотическом сне.
Он опять встал. На этот раз никакой лёгкости и воздушности, наоборот — воздух будто прибавил в густоте, мешая двигаться. Он с усилием шёл к двери. Тем временем дверь открылась окончательно, и Антон вышел из комнаты, забыв о намерении закрыть её. В гостиной было очень темно и холодно, всё будто покрылось коркой льда. Но Антон знал, что делать: нужно всего-то включить свет, щелкнуть выключателем, и эта несвоевременная зима тотчас пройдёт. Он не учёл одного: выключатели тоже застыли льдом и никак не хотели поддаваться давлению пальца. Антон чертыхнулся и потёр лоб ладонью.
«Так… Зима… Лёд…».
Вот оно, вспомнил он вдруг. Он принял какие-то фиолетовые грибы, чтобы избавиться от чувства вины. Это всё сон. Он галлюцинирует.
Как только он понял это, «зима» прошла. Гостиная вновь стала такой, какой была всегда. Свет не зажёгся, зато бесследно испарилась дверь квартиры, и из подъезда в прихожую проникло яркое электрическое сияние.
Мне нужно туда, понял Антон.
Коридор подъезда растянулся в длину и стал уже. Теперь он напоминал горловину или туннель. Через каждые три-четыре шага висели электрические лампы, прикреплённые к оголённым проводам. Антону стало лениво преодолевать такой длинный путь, но на том конце коридора был человек, и ему захотелось узнать, кто это. Антон пошёл вперёд, жмурясь от слепящего света. Бесконечная вереница ламп угнетала его. Человек вдали стоял и ждал.
Скоро на стенах стали попадаться надписи. Антону приходилось читать их по мере продвижения вперёд, так как буквы были огромные — высотой в полтора метра, бордово-красные, нанесённые трафаретом.
«ПОВЕРНИ НАЗАД — ВПЕРЕДИ ГАЗ!» — гласила одна надпись.
«ВСЁ ДЕЛО В РАЗМЕРАХ. ПОДУМАЙ ОБ ЭТОМ!».
«АНТОН СОЛОВЬЕВ? АНТОН СОЛОВЬЕВ? АНТОН СОЛОВЬЕВ?».
После третьего повторения своей фамилии Антон раздражённо замотал головой, и надпись исчезла.
«СПИ, ДА НЕ ДУМАЙ, ЧТО ВЫСПИШЬСЯ».
«ДАННЫЙ КОРИДОР ЯВЛЯЕТСЯ СОБСТВЕННОСТЬЮ ФОЛЭМА».
«ВЫ В БУТЫЛКЕ. ГОТОВЬТЕСЬ К ПЕРЕХОДУ».
Надпись про бутылку стала последней. Антон уже почти добрался до цели. Человек был близко, но Антон ещё не мог различить черты его лица. Осталось всего несколько шагов, и он сможет коснуться его…