— Отлично! Спасибо, Лена! — просиял Антон.
Через десять минут они уже были в машине. Дождь прекратился; в свете фар поблескивали лужи на асфальте. Лена молчала, да и Антон не пытался заговорить. Он понимал: то, что Лена согласилась поехать с ним, само по себе величайшее чудо, и добиваться чего-то большего — это уже через край.
Разомкнул он губы только на лестничной площадке, когда они приближались к его квартире:
— Лена, я должна тебя предупредить. Она выглядит… не очень хорошо. Ты можешь быть напугана. Но она обычный человек, просто с ней что-то такое сотворили.
Лена бросила на него быстрый взгляд.
Антон повернул ключ в замке и переступил за порог. В прихожей было темно, но в гостиной горел свет. Телевизор играл музыку. Антон нажал на выключатель в прихожей и со странным ощущением в груди прошёл в гостиную. Лена шла за ним. Квартира выглядела до того обыденно, что он успел испугаться: как быть, если никакой девушки не окажется на диване? Что, если она исчезнет так же внезапно, как появилась? Он бы не удивился, но попробуй объяснить Лене, зачем он вытащил её из дома…
Девушка по-прежнему была здесь. Она лежала на боку, подложив под голову подушку, и, похоже, спала. Чистая кожа лица была хорошо видна. Антон вступил в гостиную, и в следующее мгновение Лена пронзительно закричала.
Он обернулся. Лена смотрела на гостью расширившимися глазами, крик сам собой изливался из её рта. Никогда прежде он не видел её в таком состоянии. Антон в отчаянии схватил её за руку и грубо потряс, одновременно загораживая собой буквально подпрыгнувшую на диване девушки.
— Лена… Лена, успокойся же!
Крик оборвался. Она посмотрела на него — разом побледневшая, с дрожащими губами, потерявшая всё былое хладнокровие.
— Это… — пролепетала она.
— Да, это она. Та финка, о которой я говорил. Теперь ты понимаешь, почему я не могу вызвать ни скорую, ни полицию…
— Но это же…
— Да, странно. Я сам не понимаю, как она так может жить. Но она человек. Просто человек. Понимаешь?
— Но…
Вроде бы Лена немного успокоилась, поэтому Антон отпустил её и обернулся к гостье. Та чувствовала себя немногим лучше Лены — крик напугал её, и она сжалась в комочек в углу дивана. Антон присел рядом с ней и сказал самым спокойным тоном, на который был сейчас способен:
— Всё хорошо. Всё в порядке. Она нам поможет. Поможет тебе.
Он хотел ещё что-то сказать ей, но тут решительно постучали в дверь. Антон чертыхнулся и метнулся в прихожую. В глазок он увидел, что за дверью стоит сосед, с которым он иногда здоровался на лестнице — крупный мужчина лет сорока. Антон открыл дверь.
— Да?
— Это у вас кричали? — без обиняков спросил сосед.
— М-м… да, у меня, — отпираться не было смысла. Антон увидел, как открылась ещё пара дверей поблизости, и из-за них выглянули любопытные лица.
— И в чём дело?
— Моя девушка прищемила палец в двери.
— А могу я её увидеть? — полюбопытствовал сосед, смерив Антона недоверчивым взглядом. У него упало сердце. Он хочет вломиться в квартиру? Ни в коем случае!
— Лена! — позвал он, полуобернувшись. — Ленусь! Подойди, пожалуйста!
Она подошла без единого слова, уже успевшая прийти в себя. Может, по-прежнему была бледновата, но в полутёмной прихожей это не было заметно.
— Кто эти люди? — спросила она.
— Дорогая, их встревожил твой крик из-за пальца.
— Ах да, — спокойно сказала Лена. — Я укололась иглой. Не обращайте внимания.
«Тьфу ты», — Антон плюнул в сердцах.
— Укололась? — медленно спросил сосед.
— Да, именно, — тон Лены стал вызывающим. — Палец показать?
Она оттопырила перед собой совершенно здоровый мизинец. Сосед, похоже, засмущался. Двери за его спиной разочарованно закрылись.
— Ладно, понятно, — сказал мужчина, отходя назад. — Только вы, пожалуйста, немного потише там, уже ночь всё-таки…
— Постараемся, — кивнула Лена и захлопнула дверь.
Посмотрев на Антона, который не смог удержаться от ухмылки, она отрезала:
— И чтоб эти твои «Ленусь» и «дорогая» были в последний раз.
— Хорошо, — смирно сказал Антон.
Вернувшись в гостиную, они оба стали смотреть на гостью, которая уже окончательно проснулась и беспокойно теребила пальцами край диванного покрывала. У Лены на лице опять не осталось ни кровинки, но на этот раз кричать она не стала.
— Как она сюда попала? — шёпотом спросила она.