Она уже крепко спала. Никакой тебе помощи против ужасных ночных духов.
Я хотел было попить — испытывал довольно сильную жажду, — но решил, что могу потерпеть. Я хотел пройти ещё немного, пока хоть что-то видно. Взявшись за ручки, я пошёл дальше, думая, что на данном этапе сгодился бы даже дровяник.
Дорога огибала выступ, затем по прямой уходила в сгущающиеся сумерки. А впереди, не более чем в миле, я различил освещённые окна дома. Подойдя ближе, я увидел фонарь, висящий на столбе перед входом. Мне удалось разглядеть, что в шестидесяти или семидесяти ярдах от дома дорога ответвлялась, и действительно была из кирпичей… как у трудолюбивого поросёнка в сказке.
Вымощенная камнем дорожка вела к входной двери, но прежде чем воспользоваться ею, я остановился рассмотреть фонарь, который так ярко светил, что вблизи на него было больно смотреть. Я уже видел такой в подвале дома мистера Боудича, и знал, что это «Колман», продающийся в любом американском хозяйственном магазине. Как я догадался, фонарь, как и швейная машинка Доры, был подарком от мистера Боудича. Трус делает подарки, сказал он.
В центре двери крепился позолоченный дверной молоток в форме кулака. Я опустил тележку и услышал скрежет, когда Радар съехала по наклонному дну ко мне. Я потянулся к молотку, когда дверь открылась. В проходе стоял мужчина почти с меня ростом, но гораздо худее, почти тощий. Его силуэт подсвечивало пламя очага, поэтому я не мог разглядеть черты, только кошку на плече и редкие седые волосы, торчащие вокруг лысеющей головы. Когда он заговорил, мне снова трудно было поверить, что я не в сказке и не стал одним из персонажей.
— Приветствую тебя, юный принц. Я ждал тебя. Добро пожаловать. Проходи внутрь.
Я понял, что оставил поводок Радар в тележке.
— Эээ, думаю, сначала мне нужно взять мою собаку на поводок, сэр. Я не знаю, как она ладит с котами.
— Всё в порядке, — сказал пожилой мужчина, — но если у тебя есть еда, я предлагаю занести её внутрь. Если не хочешь, чтобы к утру она пропала.
Я вернулся, забрал припасы Доры и свой рюкзак. И, на всякий случай, ошейник. Мужчина отступил в сторону в приглашающем жесте.
— Вперёд, Радс, но будь паинькой. Я рассчитываю на тебя.
Радар последовала за мной в аккуратную гостиную с тряпичным ковриком на деревянном полу. У очага стояли два мягких кресла. На подлокотнике одного из них лежала раскрытая книга. На полке рядом стояло ещё несколько. В другой половине комнаты располагалась узкая маленькая кухня, похожая на корабельный камбуз. На столе лежали хлеб, сыр, холодная курица и миска чего-то очень похожего на клюквенное желе. Также глиняный кувшин. У меня в животе громко заурчало.
Мужчина рассмеялся.
— Я слышал. Есть старая поговорка: юность требует заботы. Можно добавить «и часто».
Стол был накрыт на двоих, и на полу рядом с одним из стульев стояла миска, из которой Радар уже шумно лакала.
— Вы знали, что я приду, я прав? Как вы узнали?
— Ты знаешь имя, которое мы предпочитаем не называть?
Я кивнул. В сказках, в одной из которых я, казалось, очутился, часто фигурировало имя, которое нельзя произносить, иначе зло пробудится.
— Он забрал у нас не всё. Ты же видел, как моя племянница могла общаться с тобой?
— Через её лошадь.
— Через Фаладу, да. Лия также говорит со мной, юный принц, хотя редко. Её сообщения не всегда ясны, и высказывание мыслей утомляет её даже сильней, чем высказывание слов. Нам нужно многое обсудить, но сперва мы подкрепимся. Пойдём.
«Он говорит о телепатии, — подумал я. — Должно быть, потому что у неё явно нет телефона, чтобы написать смс-ку».
— Почему вы называете меня юным принцем?
Он пожал плечами. Кошка качнулась у него на плече.
— Обычная форма обращения, вот и всё. Очень старая. Когда-нибудь, возможно, появится настоящий принц, но судя по тону твоего голоса, это не ты. Ты слишком молод.
Мужчина улыбнулся и повернулся к камбузу. Свет огня впервые полностью осветил его лицо, но я уже всё понял по тому, как он шёл, вытянув одну руку перед собой, будто пытаясь нащупать предметы. Он был слеп.
Когда хозяин дома сел, кошка спрыгнула на пол. Её мех был шелковистым, дымчато-коричневого цвета. Она подошла к Радар, и я приготовился схватить собаку за ошейник, если она бросится. Она не стала, просто опустила голову и понюхала нос кошки. Затем легла. Кошка расхаживала перед ней, как офицер, проверяющий солдата на параде (и находящий его неряхой), затем плавной походкой направилась в гостиную. Она запрыгнула на кресло с книгой и свернулась калачиком.