— Замечательно, — сказал Бернд, глядя вниз на мокрые камни коридора.
— Женщина! — воскликнул Келлин. — Ты, Эрин! Ты — Эрин?
— Да, Верховный Лорд, — ответила Эрис. Она бы ни за что не осмелилась поправить его.
— Разве это не замечательно, что Кла присоединился к нам?
— Да, Верховный Лорд.
— Насколько замечательно?
— Очень замечательно, Верховный Лорд.
— Это твоя манда так воняет или твоя жопа, Эрин?
Лицо Эрис было непроницаемым, но её глаза горели. Она опустила их, что было мудро.
— Вероятно, и то и другое, Верховный Лорд.
— Да, я тоже так думаю. Так, теперь ты, Йота. Подойди.
Йота шагнул вперёд, почти вплотную к защитному голубому свечению, окружавшему Келлина.
— Ты рад появлению сокамерника?
— Да, Верховный Лорд.
— Разве это не за… за…? — Келлин взмахнул белой рукой, и я понял, что он счастлив. Нет, не просто счастлив, а улетел на луну от счастья. Или, учитывая, где мы находились, на луны. Почему бы нет? Ему была поставлена задача сбора, и теперь он её выполнил. Я также понял, насколько сильно ненавижу его. И я авансом ненавидел Летучего Убийцу.
— Замечательно.
Келлин медленно потянулся к Йоте, который попытался устоять на месте, но отпрянул, когда рука оказалась меньше, чем в дюйме от его лица. Я услышал, как потрескивает воздух, и увидел, как волосы Йо зашевелились в ответ на ту силу, которая поддерживала жизнь в Келлине.
— Замечательно что, Йота?
— Замечательно, Верховный Лорд.
Келлин получил свою долю веселья. Он нетерпеливо прошёл сквозь нас. Мы попытались отбежать, но некоторые из нас оказались недостаточно быстры и попали под его ауру. Они упали на колени, некоторые молча, некоторые со стонами от боли. Я оттолкнул Джайю с дороги Келлина, но моя рука вошла в голубую оболочку вокруг него, и обжигающая боль пробежала по плечу, сковывая мышцы. Прошли долгие минуты, прежде чем они расслабились.
«Им стоит отпустить серых рабов и запустить свой старый генератор от этого тока», — подумал я.
У двери Келлин развернулся к нам лицом, топнув ногой, как прусский инструктор по строевой подготовке.
— Послушайте меня, дорогие друзья. За исключением некоторых изгнанников, которые не имеют значения, и нескольких беглых цельных людей, сбежавших, возможно, в первые дни правления Летучего Убийцы, вы — последние представители королевской крови, разбавленной развратниками, мошенниками и насильниками. Вы будете служить в угоду Летучему Убийце, и это случится скоро. Время игр закончилось. В следующий раз, когда вы ступите на Поле Элдена, бывшее Поле Монархов, это будет первый раунд «Честного».
— Как насчёт него, Верховный Лорд? — спросил я, указав на Кла рабочей рукой. — Разве у него не будет возможности потренироваться?
Келлин посмотрел на меня с лёгкой улыбкой. Позади его глаз я видел пустые глазницы его черепа.
— Ты потренируешь его, малыш. Он пережил озеро Ремла, и переживёт тебя. Посмотри на его размеры! Неа, неа, когда начнётся второй раунд, ты не будешь участвовать, мой нахальный друг, а я буду рад избавиться от тебя.
С этими ободряющими словами он ушёл.
В тот вечер на ужин были стейки. Их почти всегда давали после игры. Перси катил свою тележку по коридору, бросая наполовину приготовленное мясо в наши камеры — шестнадцать камер, в каждой теперь по двое узников. Перси снова поднёс свою уродливую руку ко лбу и бросил мне мой кусок. Быстрый и скрытный жест, но ошибиться было невозможно. Кла поймал свой стейк налету и сел в углу, держа полусырое мясо в руках и отрывая от него куски. «Какие же у тебя большие зубы», — подумал я.
Хэйми откусил несколько символических кусочков от своей порции, затем предложил мне. Я отказался.
— Ты можешь съесть больше.
— И для чего? — спросил он. — Зачем есть, страдать от схваток в животе, а потом всё равно умереть?
Я обратился к приобретённой мудрости моего отца: «День за днём». Как будто в Малин существовали дни, но ради меня Хэйми съел ещё несколько кусочков. Как-никак я был наречённым принцем, сказочным НП. Хотя единственная магия во мне была связана с таинственным изменением волос и цвета глаз, и я не мог её контролировать и пользоваться ею.
Йо спросил Кла о том, как тот чуть не утонул. Кла не ответил. Фремми и Стукс хотели знать, откуда тот родом и куда держал путь — было ли это какое-то безопасное прибежище? Кла не ответил. Галли хотел знать, как долго тот исхитрялся прятаться? Кла не ответил. Он съел своё мясо и вытер жирные пальцы о полосатую рубашку.
— Не очень-то ты любишь разговаривать без присутствия Верховного Лорда, да? — спросил Дабл. Он стоял перед решёткой камеры, которую делил с Берндом, чуть дальше от моей. В руках он держал последний кусок своего стейка — который, как я знал, прибережёт на потом, если проснётся ночью. Тюремная рутина печальна, но проста.