— Ладно, — сказал я. — И ещё кое-что. — Я написал номер своего мобильного на стикере и прилепил его к столику рядом с диваном — столику, который скоро будет завален мазями, марлевыми подушечками и таблетками (но не «Окси»). — Звонок — для тех случаев, когда я наверху…
— Очень по-викториански.
— Но если меня нет, звоните мне на мобильный. Даже если я в школе. Я объясню ситуацию миссис Силвиус из приёмной.
— Хорошо. Ступай. Успокой отца. Но не задерживайся, иначе я попытаюсь встать и самостоятельно найти таблетки. — Он закрыл глаза.
— Плохая идея, — сказал я.
Не открывая глаз, мистер Боудич произнёс:
— Мир полон ими.
Понедельники для моего отца — это дни наверстывания, часто его нет до полседьмого или до семи, так что я не ожидал застать его дома. Он и не был дома. Отец стоял у калитки мистера Боудича, дожидался меня.
— Сегодня я рано закончил, — сказал он, когда я вышел. — Переживал за тебя.
— Не стоило…
Отец взял меня за плечи и крепко обнял.
— Тогда подай на меня в суд. На полпути сюда я видел, как ты разговаривал с молодой женщиной. Я помахал, но ты не заметил. У тебя был такой вид, будто ты изо всех сил внимал тому, что она говорит.
— И с тех пор ты здесь стоишь?
— Я хотел постучать в дверь, но, пожалуй, я как вампир. Не могу зайти, пока меня не пригласят.
— В среду, — сказал я. — Я поговорил с ним об этом.
— Вполне подходит. Вечером?
— Может, в районе семи. Он принимает обезболивающие в шесть.
Мы направились вниз по холму. Отец всё ещё обнимал меня за плечи. Я не возражал. Я сказал ему, что не хочу надолго оставлять мистера Боудича одного, так что не останусь на ужин. Сказал, что соберу кое-какие вещи — на ум пришла лишь зубная щётка — и найду что-нибудь перекусить в его кладовой (только не сардины).
— Не стоит, — сказал папа. — Я взял сэндвичи в «Джерси Майкс». Возьми их с собой.
— Отлично!
— Как он?
— Испытывает сильную боль. Надеюсь, таблетки, которые он принимает, помогут ему уснуть. Он принимает дозу в полночь.
— «Окси»?
— Да.
— Держи их в недоступности. И не говори ему, где они. — Такой совет мне уже дали, но папа хотя бы не спросил: собираюсь ли я попробовать их сам?
Дома я запихнул в рюкзак одежду на пару дней вместе с портативной точкой доступа «Найтхок»; мой телефон хорошо справлялся, но «Найтхок» обеспечивал офигенный Wi-Fi. Также я взял зубную щётку и бритву, которой начал пользоваться два года назад. Некоторые парни в тот год щеголяли щетиной — это было модно — но мне нравилось чистое лицо. Я собирался быстро, зная, что если что-то забуду, вернусь завтра. Я думал о мистере Боудиче, оставшемся в одиночестве в своём большом старом прохудившемся доме; компанию ему составляла только его пожилая собака.
Когда я был готов идти, отец ещё раз обнял меня, затем взял за плечи.
— Только взгляни на себя. Берёшь на себя серьёзную ответственность. Я горожусь тобой, Чарли. Жаль, что твоя мама не видит этого. Она бы тоже гордилась тобой.
— Я немного боюсь.
Он кивнул.
— Меня бы встревожило, если б ты не боялся. Просто помни: если что-то случится — зови меня.
— Хорошо.
— Знаешь, я с нетерпением ждал, когда ты поступишь в колледж. Теперь я думаю иначе. Этот дом будет казаться пустым без тебя.
— Пап, я буду всего лишь в четверти мили отсюда. — Но к моему горлу подкатил комок.
— Я знаю. Знаю. Иди, проваливай отсюда, Чип. Делай свою работу. — Он сглотнул. Что-то щёлкнуло у него в горле. — И делай хорошо.
Глава седьмая
спросил мистера Боудича, можно ли посидеть в его кресле, и он сказал: «конечно». Я предложил ему половину моего сэндвича и ощутил некоторое облегчение, когда он заявил, что сэндвичи «Джерси Майкс» — самые лучшие.
— После таблеток я не отказался бы от чашки супа. Куриной лапши. Посмотрим.
Я спросил, не хочет ли он посмотреть новости. Мистер Боудич помотал головой.
— Включи, если хочешь, но я редко интересуюсь новостями. Имена меняются, но дерьмо всё то же.
— Я удивлён, что телевизор работает. Разве лампы не перегорают?
— Конечно. Как садятся батарейки в фонарике. Или в транзисторном приёмнике. — Я не знал, что такое транзисторный приёмник, но не сказал этого вслух. — Ты берёшь и вставляешь новые.
— Где вы берёте лампы?