Мы часто не можем заснуть из-за мучившей нас боли. Но иногда просыпаемся, когда постоянная боль к которой привыкаешь – уходит. Вот и сейчас я проснулся от того, что кто-то снял с руки рукавицу. Я открыл глаза.
- Прости. У меня не было другого выхода. У нас нет выбора. Она не только в моем мире. Она и в твоем тоже. - торопливо шептал Чет.
- Держи рукавицы. Положи их в дорожную сумку
Я развязал тесемки и положил из на самый верх. Как только они коснулись ткани сумки, они тут же растворились в ней. Магия! В голове я представил, что они лежат на дне, я просунул руку и сразу нащупал их.
- Ты не представляешь, как мне страшно, - говорил я совершенно спокойным тоном, завязывая мешок.
- Ты предатель, я ненавижу тебя.
- Тебе наплевать на меня.
- С чего ты взял, что я буду драться за тебя и этих кровожадных мерзавцев, без чести и совести?
- Успокойся! - очень сильно тряхнул меня Чет.
- Пойми она не пощадит никого. Война в твоем мире еще не началась, но я чувствую ее разрастающуюся силу.
- Мало того, как ни покажется странным, но здесь тебе будет гораздо безопаснее. Здесь, рядом с тобой буду я.
Я не находил, что сказать, настолько меня переполняла злоба на Чета. Я лишь сопел и смотрел сквозь него, давая понять насколько его слова безразличны для меня.
Загудели трубы на построение. Прибежал Сотник и раздавая тумаки и осыпая бранью, гнал всех строиться. Я понимал, что все это только ради меня. Она не отстанет, пока не добудет чего хочет- простые холщевые рукавицы. Знать бы с чего ей так «стрельнуло» добыть именно их?
Я встал в строй, Чет сзади меня. Под ногами почувствовалась мелкая дрожь. Дунул ветерок. Сначала появился слабый запах прелости. С небольшим усилением ветра появилась ужасная тошнотворная теплая вонь. Воздух казался настолько плотным, влажнолипким, что им не дышалось, его приходилось глотать. От него нельзя было укрыться. Люди начали задыхаться и в этот момент появилась туча мух. В раскрытые от удушья рты полезли черные твари. Кто смог перенести вонь и не сорвал с лица платки стояли согнувшись, закрывая лицо руками. Остальные в агонии вертелись волчком на земле. В рвоте на губах кишели мухи.
- Пит, потерпи!
- Пит, продержись, прошу, пожалуйста! - плевал словами с кровью и кашей из мух Чет. Видно было как тяжело ему дается каждое слово.
Ветер еще усилился и туча мух понеслась дальше. оставив на земле сотни задохнувшихся и захлебнувшихся. Отвратительный запах остался, но дышать стало легче. Послышался топот копыт. Казалось на нас летит бешенная конница, как тогда в овраге. Топот сильнее и сильнее. Но коней не видно. Совершенно не понятно откуда они налетят. Я представил, как они опять на всей скорости влетаю в наши ряды и копытами перемалывают сотни людей в фарш из костей и мяса. Я инстинктивно зажмурился и присел. Топот копыт был совсем близко, и вдруг звук прошел сквозь строй и понесся дальше. Удивительно, почему строй не рассыпался и люди не побежали, спасаясь. Как будто, кто-то всем дал команду стоять. И никто не осмелился ослушаться приказа. Что было страшнее подобной смерти?
Дальние ряды странно замычали. Эхом многократно усиливаясь голос толпы приближался. Это Она.
Она с солдатом на цепи и позади Сотник. Не на кого не смотря и не останавливаясь, она шла непосредственно ко мне. Встала напротив, повернула голову в сторону Сотника, не говоря ни слова легко кивнула.
- Эй ты ублюдок! – прокричал, глядя на меня Сотник.
От услышанного у меня все похолодело внутри, губы онемели и покалывали, как покалывает рука, когда отлежишь. Ноги ватные еле стою. В глазах рябь и зрение как через тоннель. Я повернул голову в сторону Чета, я молил бога, что бы он начал переставлять солдат и я бы опять был спасен, вернувшись в свое время. Но он стоял и не моргая смотрел мне в глаза.
-Сумка, - очень тихо, не шевеля губами сказал он.
У меня не было сил пошевелить губами, уточнить, что он имеет ввиду. Я лишь запомнил это слово и твердил его в свое голове, как стих.
Крепкая рука схватила меня за шиворот и вытащила перед строем. Я стоял как парализованный. Именно это позволило не заскулить как щенку и не расплакаться. Она подошла ко мне вплотную. Ледяной воздух стоящий вокруг нее перехватывал дыхание. Он был настолько наэлектризован, что искрил и потрескивал.