Мне захотелось побыть одной. Время уже позднее, можно с чистой совестью сослаться на усталость. Я поднялась, когда Вик и Лам закончили петь и потянулись к своим кружкам. Михаэль разлил остатки напитка из бутылки, стараясь наливать всем поровну.
- Глаз-алмаз! - похвалил он сам себя, заглянув на всякий случай в сдвинутые на столе кружки.
- Мастерство не пропьешь, да, Михаэль? - улыбнулась я.
- Ага! - самодовольно улыбнулся он. - А ты что, уже уходишь?
- Да, мне уже достаточно, - я покачала головой, отказываясь от своей порции. - До завтра!
- Ну, как знаешь, - не расстроился Темный эльф. - Пока!
Я сделала отвлекшейся на минутку от своего оборотня Веронике ручкой, она мне крикнула, что скоро придет, и я направилась к выходу, не заметив, что Азалекс тоже поднялся, намереваясь проводить меня.
***(САНДРИЭЛЬ)
Я от злости закусил губу, поняв, что моя человечка пошла к выходу в сопровождении демона.
А я стоял, как обос... как дурак, короче, и в голове все вертелось:
«...кто виноват?... один - смешон, другой - влюблен, один дурак, другой твой враг... кто виноват?» «смешон...» - мои уши пылали. Я упорно прикидывал смысл этих стихов на себя и свою ситуацию.
У этой человечки все песни были не про любовь, не про боевые подвиги, не баллады, а какие-то, на первый взгляд очень простые, но вдруг вскрывали такой пласт в глубине души, что сразу приобретали совершенно иной смысл, заставляя думать о том, что действительно важно, а что так, одна мишура...
***(АЗАЛЕКС)
Аня вздумала улизнуть, похоже, вечер перестал ей нравится, хотя я не понял, что случилось. Она словно вспомнила о чем-то неприятном. Но не так быстро, дорогая моя, мы еще не прояснили наш вопросик. Раз уж довелось встретиться, я намеривался продолжить знакомство, а для этого надо было «вымолить» прощение. Ну, это фигня, обычно такой фокус с обиженными девчонками у меня на раз получается.
- Так что за цветок «ромашка»? - начал я издалека, выходя следом за девушкой на крыльцо.
- Ромашка? - явно сбитая с толку переспросила Аня.
Я ухмыльнулся. По крайней мере, теперь не будет хмуриться, разгадав мой маневр с проводами. Я кивнул.
- О, ромашка - это не просто цветок, это кусочек детства, которое на мгновение вернулось обратно с его летним, залитым солнцем лугом, вкусом свободы и ощущением, что тебе принадлежит весь мир - и те пушистые облака, что плывут высоко в голубом небе, и этот теплый ветер, что гонит по полю волны, пригибая зеленые душистые травы, и солнечный желтый глазок ромашки...
Девчонка мечтательно закрыла глаза, нырнув куда-то в обрывки своих воспоминаний. А прямо передо мной повис в воздухе простенький цветок: длинные тонкие овальные белые лепестки и ярко-желтая серединка. И ничего подобного, солнце у нас не такое желтое, скорее розовое...
Аня провела рукой под цветком, и он плавно переместился к моему лицу, чтобы я мог получше разглядеть его. Я был, мягко говоря, удивлен. Не было же магии в этой человечке, ну ни сколько. Это иллюзия, что ли? Я протянул руку. Кажется, она забыла, что мы с ней были на «Вы».
- Девушки гадают на нем на предмет своих грез. Глупости, конечно...
- Как? - не удержался я от вопроса, отдергивая руку.
А цветок-то был настоящим, совершенно материальным, даже как будто пах летним лугом, офигеть!
- Смотри!
Она притянула цветок к себе, и срываемые безжалостно лепестки полетели на землю один за другим, сопровождаемые Аниными комментариями:
- «Любит», «не любит», «плюнет», «поцелует», «к сердцу прижмет»...
Маленькая, почти незаметная пауза в ее словах, после которой она бросила на меня лукавый взгляд из под ресниц и продолжила:
- «к дроу пошлет»... То, что выпадет последнему лепестку, то и ожидает ее с этим парнем.
- «К дроу пошлет», - передразнил я, усмехнувшись. - Зачем далеко ходить?