- Мы же еще игру не закончили, ты же отыграться должна, ну Ань...
- Ага, отыграешься у тебя, пожалуй - связался черт с младенцем...
Азалекс огорченно вздохнул и поплелся к выходу, угадав, что слишком настаивать не стоит. Он протянул руку к двери, но она вдруг распахнулась и чуть не стукнула его по носу. Он проворно отскочил и уставился на промокшую с головы до ног Веронику, возникшую на пороге.
Она, не ожидавшая встретить в этот час у себя в комнате никакую демоническую сущность, моментально среагировала, запустив в чужака файерболом. Мой демон тоже оказался на высоте. Его реакция поражала. Азалекс небрежно отвел огненный шарик в сторону и быстренько развеял его, чтобы он не впечатался в стену и не испортил нам интерьерчик. Почти одновременно с этим действием он умудрился отвесить Веронике шутливый поклон, приглашая ее жестом пройти в комнату.
- Эээ... - растерялась Ника, сообразив, что она несколько не ко времени. - Я не помешаю? А то в Беседке все расходиться начали...
- Нет, - успела сказать я.
- Немного, - одновременно со мной ответил Азалекс.
После секундного замешательства мы втроем рассмеялись, чуть-чуть разряжая повисшее напряжение.
- Иди уже, спокойной ночи! - подтолкнула я к выходу слегка упирающегося чертенка.
- А поцелуй на ночь? - Азель начал понемногу оживать и снова наглеть. Он потянулся ко мне, вытянув губы трубочкой и причмокивая.
- Закатай! - хохотнула я, легонько хлопнув ладонью по припухшим, как и у меня, губам рогатого красавчика.
Он успел сделать обиженное лицо, но я уже захлопнула дверь.
- Иии? - Вероника стояла в центре комнаты посреди рассыпавшихся по полу шашек и раскиданных подушек с ее кровати, выразительно глядя на меня, словно предлагая начать срочно придумывать приемлемое оправдание всему этому безобразию...
***(АЗАЛЕКС)
Дверь, захлопнулась перед моим носом (ну что ж, я почти всегда оказываюсь выдворенным из этой комнаты таким образом). Я глубоко вздохнул и, философски пожав плечами, пошел к себе. Мне надо было подумать, что пошло не так. Мне нужны были отношения с этой девчонкой. Я пока еще ясно не сформулировал зачем, но она должна быть со мной!
Навстречу мне попалась рыжая человечка, которая в прошлый раз с таким плотоядным взглядом разглядывала меня и Волка. Длинные кудрявые огненно-рыжие пряди струились почти до пояса. Она была в черном платье и мокрой накидке с откинутым капюшоном. Темные, ярко подведенные черной тушью глаза, хищно уставились на меня, чуть не заставив передернуть плечами. Симпатичная... ведьма!
- Ах, какие интересные молодые люди бродят по нашему этажу, - вполголоса произнесла она, нахально буравя меня глазами. - Могу я Вам чем-то помочь?
И мне раньше нравилось такое обращение? Девчонка была очень даже не дурна, но как-то пошловата, что ли? Я обворожительно улыбнулся:
- Не сегодня, солнышко, но я учту...
- Ну, как знаете, - многообещающе и как-то хищно улыбнулась она.
Я не понял? Это она меня пыталась склеить? Ну и первокурсницы...
- Сладких снов, красавица, - сдерживая смех, проникновенно пожелал я.
- Ах, нам, одиноким девушкам, так нужны «сладкие сны», если уж никто не мешает спать... - хихикнула она, и уже, больше не оборачиваясь, пошла дальше.
А я задумался. А может, у меня с Аней просто наваждение какое-то случилось? Может, если переключить мозги в привычное русло, все встанет на свои места, и я не буду чувствовать себя зависимым от ее внимания или невнимания? Кажется, я знаю один верный способ проверить это. Если уж совсем будет «край», обязательно проверю, и у меня уже даже есть подходящая кандидатура.
Я обернулся, но Рыжик уже скрылась за дверью своей комнаты. Кажется, она была Аниной соседкой. Ладно, утро вечера мудренее...
ГЛАВА 28
***(АНЯ)
В воскресенье утром мы, вдохновленные выданным «пособием», пафосно называемым стипендией, поперлись в город. Мне, согласно моему табелю об успеваемости, средств на прожиточный минимум выделили унизительно мало. Почти меньше всех. Но я старалась не расстраиваться. Вчера красавец-асур по имени Закиараз, загадочно улыбаясь, велел мне ни в чем себе не отказывать. Как расценивать его заявление я не знала, расспросить было некогда. Он, что называется, был «пролетом». Мы полчаса побеседовали в приемной у ректора, куда меня вызвали, и он ушел.
«...он улетел, но обещал вернуться, милый, милый...», - провожала я его умиленным взглядом, как фрекен Бок Карлсона, только, что скупую слезу не утирала.
Компания собралась большая, хотя все держались кучками «по интересам».
Прибыв в город, мы оставили наш парнокопытный транспорт в специальных конюшнях при въезде. Ну, это даже и конюшнями-то нельзя назвать, так, загончики под навесной крышей. У меня такое действие ассоциировалось со словом «парковка», но я не могла вспомнить, что это значит.