- «Мы теперь с тобой одной крови - ты и я», - процитировал он фразу из сказки, которую я днем рассказывала детям.
Роволкон непонимающе взглянул на брата и племянника. Я извернулась из-под руки Волчика.
- Нет, Тимка, лопух здесь не поможет, - улыбнулась я волчонку.
- Уу, - расстроился Тим, уже собравшийся мне ассистировать.
А Ник, заранец, меня смутил и продолжал изгаляться:
- Ань, как тебе наша кровь на вкус? А не боишься, что оборотнем станешь?
Я вздрогнула: сначала меня бросило в жар, затем выступил ледяной пот. Единственное, почему я не отскочила от Роволкона, - ноги стали ватными от страха.
«Какая же я идиотка...» - судорожно замелькали мысли и образы вывороченных мышц и костей, полной луны, обостренных запахов, звуков, оскаленных волчьих пастей...
Голова закружилась и я пошатнулась.
- Ань? Ань, ты что?! - испугался Волчик моей реакции. - Ник, придурок, сгинь!
Ник исчез сразу же.
- Аня, солнышко, девочка моя... - Волк зачерпнул пригоршню воды из бочки и протер мое лицо мокрой ладонью. - Ань, он пошутил, не будешь ты оборотнем, слышишь меня? Для этого специальный ритуал провести надо. Ты - человек! Слышишь?
Я послушно кивала и, кажется, говорила что-то типа: «да-да», и сама же льнула к нему, как всегда ища у Волчика защиты даже от такой напасти.
Прохладный ветерок и мокрое лицо быстро привели меня в чувство, и мне стало нестерпимо стыдно:
- Волчик... - я не смела поднять глаз и взглянуть другу в лицо.
- Анька, дурочка, - улыбнулся Волк, облегченно переводя дух. - Прости, что напугали тебя.
- Это ты меня прости, что я испугалась.
- Да все нормально, даже не думай об этом! Каждый на твоем месте так среагировал бы.
- Но я - не каждый! Я - твоя подруга и не должна была...
- Ты - моя самая лучшая подруга, лучше всех! - он поднял мое лицо ладонями и заставил посмотреть ему в глаза, чтобы я убедилась, что он не обманывает меня.
Пока мы просили друг у друга прощения, подошла Лика.
- Аня, все в порядке? - осторожно спросила она.
Я кивнула, насколько мне позволили ладони Волчика, так и не отпустившего мое лицо.
- Тогда идите в дом. Зоринка постелит тебе на моей кровати.
- Да нам же в Школу надо, - растерялась я.
Волк отпустил мое лицо и взял меня за руку.
- Отдохнете, выспитесь и утром вернетесь. Я разбужу пораньше.
- Может, не надо на Вашей кровати, Лика? Я могу и...
- У нас нет специальных комнаты для гостей, - перебила меня Волчица. - У нас и гостей-то не бывает. Лам с ребятами ночует. Волк тебе объяснит потом. Не по-человечески у нас, Аня. Только у меня отдельная комната, да у Зоринки с мужем, не к детям же тебя отправлять.
Мне в самом деле было жутко неудобно, но забота строгой мамы Роволкона, «главной Волчицы», оказалась очень приятна.
- Я могу и на каком-нибудь сеновале...
- Леди не пристало почивать на сеновале, - усмехнулась Лика.
- Я так отличаюсь от обычной девчонки?
Лика склонила голову и молча уставилась на нас. Я взглянула на Волчика, все еще не отпустившего мою руку, и, смутившись, что мы здесь нежничаем перед его матерью, аккуратно высвободилась.
- На чердаке есть матрац. Сынок, пойди, скажи Зоринке, пусть постелет там. И одеяло пусть возьмет теплое.
- Я сам отнесу, - пообещал Роволкон, и, захватив рубашку, пошел к дому.
- Отличаешься, Аня. От всех, кого я встречала, - все же ответила Лика на мой вопрос и, быстро развернувшись, ушла.
- А чем? - тихо спросила я ей в спину, но, понятное дело, ответа не дождалась.
Я подошла к дому. Мелких уже разогнали по кроваткам. Ребята, сидевшие на крыльце, посторонились. Понурившийся Ник поднял голову:
- Извини, Ань, - виновато попросил он.
- Можешь отвесить ему затрещину, - великодушно разрешил «добрый» старший братик.
Я замахнулась и... дотронувшись до затылка мальчишки, покорно подставившего голову, потрепала его по лохматым волосам:
- Это вы извините меня, что так некорректно повела себя, мне стыдно, - призналась я.
- Я же говорил! - просиял Николас, вскидываясь.
И тут же снова получил от братьев.
- Зайка, ты у Зоринки котелок какой-нибудь попроси или кастрюльку, вместо каски, а то у тебя тут скоро мозоль будет, - потерла я затылок сморщившегося Ника.
Теперь уже рассмеялись мы все вместе.
- Ага, а какой чудесный звон будет в ушах стоять... - начали глумиться ребята над младшеньким.
Лам все же нашел благовидный предлог и слинял на улицу.
- Теперь до рассвета не вернется, - прокомментировал Ник, проводив друга Волка слегка завистливым взглядом.
Из дома вышел Руман:
- Аня, тебя Зоринка зовет, - обратился он ко мне.