- А мне?
- Зачем? - удивился он.
- А как Вы себе представляете, что молодая девушка сейчас прошагает через весь зал и поднимется в комнату с мужчиной?
- Так мы же по делу, тем более, я - Ваш преподаватель, леди Анхель. - чуть не оскорбился он.
- А кто об это знает, мэтр Солитэр - на Вас же «морок»!
- Д-да... не учел, извините, - он накинул на меня «морок» не глядя и бодренько потопал впереди.
Пару раз его «бортануло» о попавшиеся по пути столики. Народ не сильно возмущался - отнеслись с пониманием к слегка перебравшему респектабельному мужчине. К нему подскочил хозяин, оказывается, видевший наши манипуляции со сменой личины, и проводил нас наверх.
Я старалась не смотреть на столик, за которым меня дожидались Сандриэль и Вероника. Правда, эльфик обеспокоенно закрутил головой, словно почувствовав, что я где-то рядом. Но, Слава Богу, мы уже оказались у лестницы, ведущей наверх.
- Сколько я Вам буду должна за все? - тихо спросила я хозяина.
Он удивленно повернулся ко мне:
- Еще не хватало, чтобы леди оплачивала молчание за такую услугу, - устыдил он меня. - Думаю, мы договоримся без Вас, когда мэтр будет в нормальном расположении духа.
- Спасибо. А как обычно выводят людей из подобного состояния? Антипохмелином?
- Обычно в этом заведении доводят людей до такого состояния, а не наоборот, - ухмыльнулся хозяин. - Я принесу настойку.
- А он ел хоть что-нибудь?
- В основном пил.
- Тогда еще что-нибудь существенное из горячих блюд для поддержания сил, - распорядилась я.
- Думаю, сейчас лучше всего подойдет горячая похлебка. Она сегодня у меня особенно удалась - наваристая...
- Несите, - кивнула я и шагнула в комнату за Солитэром. А хозяин бодренько потрусил вниз на кухню выполнять заказ.
- Ну, слушаю Вас, леди Анхель, - мэтр повернулся и вдруг пораженно замер, подавшись вперед. - Салима?..
Я даже не могу передать словами все те выражения, промелькнувшие на его лице в течение непродолжительного времени - изумление, радость, надежда, боль, нежность. Меня просто затопили его чувства, которые он сейчас испытывал, глядя на меня...
Не на меня!!! На мне же «морок»...
- Салима... - завороженно прошептал он, медленно наступая на меня, двигаясь, будто под гипнозом.
- Я? - мой голос вдруг осип.
Я осторожно скосила глаза на вделанное в дешевенький шкаф потемневшее от времени простенькое зеркало. В зеркале отразилась высокая стройная белокурая девушка. Красивая... Я сглотнула. Такой «морок», настолько изменяющий и рост, и вес, мне даже с Кольцом Силы был неподвластен. А он «слепил» качественный и совершенно конкретный образ, раз называл ее по имени... Кто же ты, загадочная «Салима», если от одного твоего имени мэтр становится похож на влюбленного растерянного мальчишку?
Понятно, что у него в мозгу сейчас непорядок, но, неужели, он сам настолько жаждал обмануться, что поверил в то, что создали его уста, произнеся формулу заклинания «морока»?
Пока я пыталась осмыслить загадочные метаморфозы, произошедшие с мэтром, он уже оказался рядом, и дрожащие (от чего только - от выпитого, или от страха, что загадочная «Салима» растает, как призрачное облачко, снова оставив ему острое одиночество среди остальных) пальцы легко коснулись моего лица.
- Ты вернулась, девочка моя... - счастливо прошептал он, прикрыв глаза, и из-под ресниц (мама дорогая, ущипните меня!) скатилось по слезинке, - Я знал, что ты не сможешь уйти без меня... я все равно отыскал бы тебя в Стране мертвых. Сегодня, именно день в день... Прости, что не сделал этого раньше...
Я наплевала на совесть и бесцеремонно вторглась за его опущенные щиты, которые он даже не думал удерживать, пытаясь понять, что творится в его голове? Чем сегодняшний день так памятен ему, за что он с таким мучительным выражением раскаяния на лице, просит прощения?
Я окунулась в его воспоминания внезапно, забрела в них, словно в реку, и вдруг дно ушло из-под ног и я окунулась с головой в ледяную воду омута, хлебнув через край и начиная задыхаться.
...Бой с какими-то тварями - мерзкая слизь, смрадная грязь, чадящий удушливый дым, разъедающий глаза, страх не успеть... и окровавленное тело с обожженным лицом и руками - она еще жива, что-то шепчет ему, но он ее почти не слышит, пытаясь вытянуть из-за Грани... слишком поздно... Салима мертва... Он винит себя в ее смерти... Он любил ее, но не успел сказать, не нашел подходящего времени, нужных слов... не понимал, как она дорога ему, и прозрел, лишь потеряв ее навеки...