- Сандриэль, - перебила я, - ты можешь сам обманываться сколько угодно на этот счет, но если бы она тебе не нравилась, зелье не сработало бы. Ты - чужой жених, не её. Так что не надо тут мне петь военных песен... - я махнула рукой и отвернулась.
- Да! Она мне нравится! - с чувством гаркнул эльф.
И я почувствовала, как меня обожгли его слова, хлестнув, словно плетью. Я хотела вдохнуть и не могла... почему, Риль? За что ты со мной так?
Пока я пыталась не дать себе умереть от пронзительной боли и научится заново дышать, он продолжил, но я уже плохо воспринимала его...
- ...только, как подруга, - закончил остроухий, а меня, наконец, отпустило.
Я сделала несколько глубоких вдохов-выдохов, чтобы из легких ушла режущая боль и повернулась к парню:
- Замолчи!
Он заморгал, не понимая, что половина его пламенной речи ушла в никуда.
Я щедро сыпанула уникального порошка на смешные ранения эльфа и, приложив тканевую прослойку, велела подняться, чтобы обмотать бинтом его торс.
- Ань... солнышко, ну отомри, умоляю...
- Помолчите, господин Сандриэль, Вы меня отвлекаете, - я закаменела - не хочу быть «только, как подруга»! С тобой, гаденыш синеглазый, не хочу быть просто подругой - хочу быть для тебя ВСЕМ - светом в окошке, глотком воздуха, единственной и неповторимой, без которой жизнь теряет смысл... амбициозно? Плевать! Я так хочу, а если нет - то нет...
- Риль... - поправил меня нахальный пациент. - Я... мне нравится, когда ты меня называешь «Риль»...
- Не только я, - моя усмешка получилась горькой, - так что не буду уподобляться остальным, зачем нам с Вами такое панибратство, и, по правде сказать, не настолько мы близки, а это все-таки личное имя... Не туго?
- Нет, благодарю... я не понял, что ты мне пытаешься сейчас сказать, Анхель?
- На перевязку придете завтра, - проигнорировала я вопрос синеглазого красавчика. - Если будет сильно беспокоить - снимите бинты сами, можете просто срезать их. Можете идти...
Я увернулась от его протянутых рук и юркнула в дверь лаборатории, пытаясь отдышаться. Пульс гулко стучал где-то у виска, сердце так же заходилось, сбившись с привычного ритма - сволочь ты, Риль... Сандриэль... ты снова играешь со моими чувствами... ненавижу!
- Леди Амоменто! - услышала я требовательный голос мадам Раваль.
Я вздрогнула, отняв руки от лица, все-таки непривычно, когда к тебе обращаются по фамилии. Что-то чужое, не мое... Да и в Школе к нам обращались по именам, подставляя «леди» или «господин», уж не знаю зачем, может, для того, чтобы мы с первого курса понимали свою значимость - будущие маги как никак, а не просто ученики...
Я вышла из лаборатории, очень надеясь, что Сандриэль уже свалил, но пришлось вздрогнуть еще раз - посреди кабинета мадам Раваль стоял... Азель, собственной персоной, бережно поддерживая правой рукой израненную левую, согнутую в локте, по запястью которой текла кровь, пачкая манжет рубашки.
- К нам новый пациент, - с легкой издевкой произнесла мадам Раваль. - Займитесь им, леди Анхелика.
Я кивнула Азелю, приглашая за собой в перевязочную.
Сандриэль все еще был здесь. Про встречу однокурсников нельзя было сказать, что она прошла в теплой дружественной атмосфере.
- Двинь тазом, Светлый, - хмыкнул Азалекс, нагло подсаживаясь к Сандриэлю, сидящему на кушетке.
Эльф нехотя поднялся, но уходить не спешил.
Я старалась сосредоточится на процессе, пытаясь сделать вид, что мне все равно, что оба моих самых любимых и самых ненавидимых парня рядом.
Увидев в моих руках голубоватую жидкость антисептика, Азель сцепил зубы, но мужественно вытянул руку вперед. Я придвинула перевязочный столик и пристроила его руку на нем, причем так, чтобы мне было удобно ее обрабатывать. Демон поерзал на кушетке, устраиваясь поудобнее и расслабляя плечо. Резаная рана была на ладони левой руки... свежая-пресвежая, довольно глубокая. Вот где он умудрился ее получить?
- Не бойтесь, господин Азалекс, так больно, как в прошлый раз не будет, - зачем-то подбодрила я его.
- Опаньки! А что, Азель не впервый раз занимается членовредительством?
- Заткнись! - Азель вперился злым взглядом поверх моего плеча.
Я обернулась. Сандриэль, сложив руки на груди, насмешливо ухмылялся.
- Другого предлога не выдумал, Темный?
Тааак... Я, кажется поняла - Азалекс сам себе распорол ладонь. Не удивлюсь, если он проделал эту экзекуцию только что собственными когтями, которые у него, запросто трансформируясь, превращают аккуратные ногти в черные смертоносные лезвия... Во, дурак!!!