А потом он сделал непростительную ошибку... то ли забыл, с кем он сейчас, то ли посчитал, что я буду не против, но он вдруг вцепился в мои волосы и, подчиняющим жестом, направил мою голову вниз, так, что я моментально въехала губами в его сочащуюся головку... и вот это мне жуть, как не понравилось. Я вовсе была не против доставить наслаждение любимому парню, вознесшему меня на небывалые высоты неземного удовольствия, я и сама хотела этого, но его жест мне показался до того собственническим, грубым, подавляющим, что я тут же дернулась, выпуская его плоть из рук и возмущенно зашипела.
- Аня... - простонал парень, непонимающе разжимая ладонь с выдранными волосинками (это я так вообще без своей шевелюры останусь, если сегодня каждый будет дергать меня за волосы, и неважно, что я сейчас сама была виновата), - Аня... пожалуйста... пожалуйста...
Он попытался вновь склонить меня, но я уперлась и, обиженно утерев губы тыльной стороной ладони, сердито оттолкнула его руку:
- ТАК пусть делают тебе твои подружки! Я не...
Я заткнулась, поняв, как глупо прозвучала бы сейчас фраза: «я не такая!»
Азель зажался, не в силах остановиться и уже сам закончил начатое мной, а я отвернулась, тяжело дыша и приводя себя в порядок дрожащими от возбуждения руками. У меня в трусиках было мокро, и до слез обидно, что мой повторный оргазм, который скорее всего должен был наступить одновременно с его, так и не наступил. Я сейчас чувствовала себя обманутой, наверное так же, как и парень, хрипевший у меня за спиной... мне стало стыдно. Ему самому пришлось удовлетворять себя после всего, что он отдал мне...
Я медленно повернулась. Азель стоял на коленях, тяжело дыша, словно поставил рекорд по забегу на стометровку, уперевшись одной рукой в землю, а другой все еще сжимая уже обмякший орган. Его штаны были запачканы спермой.
- Азель? - тихо окликнула я его.
Он вздрогнул, но не повернулся, а лишь, усилием воли, заставив себя подняться на ноги. Он отвернулся, застегивая штаны, словно вдруг застеснявшись...
Чертенок... Я подошла и мягко дотронулась до его руки:
- Азель, извини, я...
- Перестань, Ань, - раздраженно мотнул он головой, - не надо ничего объяснять и так все понятно...
Я сначала решила было обидеться, но поведение демона, старательно отводящего взгляд, натолкнуло меня на мысль, что ему сейчас более неловко, оттого что на глазах у меня ему пришлось применить «старый дедовский способ» самоудовлетворения и ему сейчас было просто-напросто стыдно... Мальчишка! Глупый мальчишка... Я постаралась спрятать улыбку и, обняв за талию, уткнулась ему лицом в грудь, отчего он напрягся, не понимая, как себя теперь со мной вести:
- Просто никогда так не делай - терпеть не могу насилие, - тихо призналась я.
- Анька... я же ведь просто не соображал... - голос демона дрогнул.
Я подняла голову и попыталась заглянуть ему в глаза, но он запрокинул лицо к небу и просто стоял так, кусая губы.
- Эй, - осторожно потормошила я его, - ты чего?
Демон посмотрел на меня. Его глаза блестели, но он уже пытался улыбнуться - от облегчения, что я уже не сержусь за его несдержанность и не смеюсь из-за проявленной слабости, что он просто не остановился... И улыбка его была такая трогательно-беззащитная сейчас, что у меня даже сердце защемило...
- Эх, ты, дурашка... - я притянула его за шею и нежно поцеловала в теплые губы. Он хотел продолжить поцелуй, но я мягко отстранилась. Он не возражал, все равно чувствуя себя сейчас уязвленным.
Порывшись в карманах, я нашла чистый носовой платок и протянула ему:
- Попробуй оттереть пятна - а то по тебе каждый пробежится своими шуточками...
- Аня, не надо, не добивай, - попросил Азель, заливаясь краской, но платок все же взял и, тактично отвернувшись от меня, попытался отчистить свои штаны. Может и получится - кожа все-таки не так впитывает, как ткань. Но вот как смотреть в глаза Волку, который наверняка слышал нашу возню? А Бэлке? - ей, впрочем, можно и не смотреть... И тут меня обожгло запоздалое понимание - это же я, получается, изменила Сандриэлю?!!
Твою дивизию, Азель!
Я застонала и закрыла пылающее лицо ладонями... Как я могла? Как? Я только на миг представила закаменевшее мраморно-бледное прекрасное лицо с голубыми бездонными глазами, стремительно меняющими свой цвет на синий... губы, кривящиеся в презрительной усмешке или от отвращения, и чуть не взвыла... Риль... мальчик мой, я не могу тебя потерять из-за Азеля...