Почему Анька вернулась? Что эта глупышка себе вообразила, выдвинувшись на змею с полузаряженным Кольцом Силы, которое, как выяснилось, против главной гадины не спасало? Я не знаю, сколько бы я еще смог продержаться, но Аньку я бы защищал до последнего вздоха... Как хорошо, что пришла помощь...
Черный дым от горящего леса плотной завесой закрывал небо. Дышать было трудно, но все же это лучше, чем крутиться, отражая нападения змеи...
Я дал себе мысленный подзатыльник и попробовал совладать со своим измученным телом, а точнее, убрав лапы с человечки, попытался подняться. Конечности тряслись, но я не успел встать во весь рост, как на меня набросился Светлый. Я знал, что это он, мой одногруппник, с которым мы сначала чуть не поубивали друг друга, а потом неожиданно оказались спиной к спине, как и положено тем, кто в бою на одной стороне. На меня налетело что-то грязное и окровавленное с эльфийским мечом в руке. Вторая рука висела плетью. В этом существе сейчас вряд ли кто-нибудь мог бы опознать красавчика Сандриэля, лишь голубые глаза блестели на лице, представляющем собой какое-то грязно-кровавое месиво, все еще не отойдя от лихорадки сражения. Даже не знаю, кому из нас досталось больше... змея его здорово поваляла, да и черви не отставали...
- Уйди! - прорычал он, бросая меч рядом на песок, и протянул руку к моей человечке. - Аня!!!
Вместо возражения, у меня вышло звонкое клацанье клыков. Я видел, что Анька жива, только в обмороке. Не удержавшись, я лизнул ее в щеку, одновременно пытаясь отпихнуть рвущегося к ней Светлого.
Аня что-то простонала и ее веки затрепетали, она очнется с минуты на минуту. От радости я, кажется, заскулил, но тут же встретил полный ненависти взгляд эльфа:
- Ты идиот! Она же не видела тебя таким! - он схватил валявшийся меч и ткнул им почти в мою оскалившуюся пасть, вынуждая попятиться.
Я моргнул, пытаясь осознать, что он только что произнес, но Анька уже очнулась.
- Анька! - выдохнул Светлый, снова отшвыривая меч.
Ее взгляд сначала не выражал ничего, затем в глубине зрачков начало зарождаться узнавание, она сфокусировала затуманенный взгляд на мне, и вдруг ее зрачки стали расширяться от ужаса и омерзения... Она силилась что-то крикнуть и не могла, только судорожно хватала ртом воздух. Что же с тобой, девочка моя? Ты ведь не ранена... Может, сотрясение от удара, что нанесла змея?
Я занервничал...
Она попыталась отпихнуть мою морду руками и вдруг, словно что-то вспомнив, резко выставила вперед руку с Кольцом и что-то беззвучно зашептала.
- Да уйди же, придурок! - Сандриэль перехватил ее руку, выворачивая, и неслабое заклинание уничтожения, вырвавшееся из Кольца Силы, ушло в сторону озера, никого не задев.
- Ааа!!! - наконец, у человечки, в глотке, сведенной судорогами страха и боли, прорезался голос... Страха? Боли?
Мля!... она же меня боится... Я подался назад, оглушенный этим пониманием, а она резво на четвереньках подползла к Сандриэлю и прижалась к его груди, превратившись в маленький дрожащий комочек, только прижав поврежденную руку, которую эльф крутанул от души, вывернув ей запястье, чтобы спасти меня от поджаривания ее заклинанием... По ее щекам потекли слезы...
Сандриэль обнял ее своей здоровой рукой и крепко прижал к себе:
- Тише, тише, Ань, не бойся... это Азель... больно? Дай посмотрю, - он попытался перехватить ее бережно лелеемую руку с Кольцом, а я готов был порвать его на части, забыв, что он только что фактически спас мою шкуру. Он сделал ей больно, эльфенок чертов!
Я невольно подался вперед, оскалив пасть, и только когда Анька в страхе закрылась скрещенными руками, пытаясь еще теснее прижаться к Светлому, я понял, какой я идиот. Она же вырубилась, когда змея отшвырнула ее хвостом и уже, наверняка, попрощалась с жизнью, а очнувшись, увидела меня в этой трансформации... она же никогда не видела... и теперь я ее пугал еще больше...
- Анх... - трансформированная глотка не предназначалась в боевой трансформации для разговоров на всеобщем. Лучше бы я промолчал! Мой грозный рык поверг ее в еще большее смятение. В бою мы общались ментально. Да и никто и не должен был видеть меня в этой трансформации, которая проявлялась только при действительно смертельной угрозе. На спаррингах это бы никогда не произошло...
Я уселся на задние лапы, тупо соображая, что теперь делать? Меня начало трясти, она же возненавидит меня, она будет шарахаться от меня, как от прокаженного... Эта ипостась - не смазливое личико с миленькими аккуратными рожками... Я - Зверь... Я - Тьма... Я... я сам теперь готов был выть от отчаяния и пронзительной горечи - ведь Светлый сказал - «уйди!» Я его не услышал... Он, скорее всего, думал не обо мне, как мне теперь с этим жить, а о ней - не хотел ее пугать еще сильнее, и он оказался прав...