Встреча с представителями Светлого леса прошла прохладно. Прощание с наемниками заняло гораздо больше времени, чем рассчитывали светловолосые остроухие красавцы, стоявшие в стороне и кривящие презрительно губы на проявление столь открытых теплых чувств на глазах публики. Аню это не смущало, а Кеса с Ильмаром тем более. А затем ей пришлось отправляться по магазинам в сопровождении эльфов.
Покупка нужных (и не очень) предметов туалета и разных приятных мелочей заняла оставшуюся часть дня. Под влиянием подавленного настроения, самым удачным приобретением она считала не кучу платьев и нескольких украшений, а очень занятный нож в виде скорпиона с выкидным лезвием.
Хозяин лавки, широкоскулый и узкоглазый, довольно прицокнул языком, и улыбка расплылась по его желтоватому лицу, когда потенциальная покупательница взяла именно это оружие в руки и не пожелала с ним расставаться, несмотря на уговоры эльфов выбрать что-нибудь более изящное (читай - гламурное), что соответствовало бы юной леди.
Города Аня толком и не видела, ныряя из лавки в лавку, примеряя обновки. На ночь остались на этом же постоялом дворе. А рано утром следующего дня надо было предстать перед школьной дирекцией.
Ужин заказали Ане в номер. Эльфы так же ужинали у себя, не пожелав спускаться в зал, заполнившийся к вечеру разнообразным народом. Там стало довольно шумно.
Аня перекладывала новые вещи с места на место, походя отмечая, что покупки все же оказались удачными, а где-то глубоко внутри теплилась тоненькая ниточка надежды, что судьба подарит ей еще когда-нибудь встречу с неправильным демоном, который ее чем-то зацепил. Здравой частью своих мозгов Анька понимала, что вряд ли их пути с Азалексом когда-нибудь еще пересекутся, но дурацкая память услужливо подсовывала ей обрывки чувств, что она испытывала, общаясь с ним, и эта безнадежность огорчала чуть не до слез. Ведь он же тоже направлялся в город N-ск. Эх, надо было спросить, живет он здесь или это просто промежуточный пункт его путешествия...
Утро наступило, как всегда, неожиданно. Полночи промаявшись без сна (все-таки Аня немного мандражировала перед конечным пунктом цели), она решилась на последнее средство.
Про Межрасовую Магическую Школу у нее остались какие-то смутные воспоминания. Вроде бы она сдавала экзамены и была зачислена на первый курс, но вспомнить все до мелочей не удавалось. Решив не напрягать свою бедную голову попытками отыскать брешь в своей амнезии, Анька приняла вкусно пахнущее немного терпкое лекарство, «то, что доктор прописал» ей в Серебряном городе.
Зеленоглазый и зеленогривый, довольно ехидный асур, выглядевший ненамного старше Ани, подмигнул ей тогда заговорщески и посоветовал принимать по три капли перед сном, если вдруг случится бессонница, только просил не увлекаться.
«Ага, - усмехнулась про себя Анька, - и здесь женский алкоголизм не поддается лечению... А вот откуда взялась эта крамольная мысль, она не поняла.
Вещи уже были упакованы, внизу ждал экипаж и сопровождающие. Аня вышла в коридор и направилась к лестнице. Впереди открылась дверь одного из номеров, и Аня невольно улыбнулась: хорошенькая горничная замерла в дверях, видимо? прощаясь после ночных утех. На заднице девушки оказалась рука, с недвусмысленным намерением сжавшая ее ягодицы, отчего горничная вместо возмущения залилась смехом:
- Что Вы себе позволяете, господин хороший... хи-хи... право же не надо, вдруг кто увидит? - глупо хихикала девица, не делая, однако попыток отстраниться и, даже, наоборот, жарко прижимаясь к невидимому Аней за дверным косяком собеседнику.
Затем послышался звук смачного поцелуя, опять: «ах, господин, Вы такой ненасытный...» Кажется, служаночка задохнулась в новом поцелуе.
Аня поравнялась с открытой дверью. В это время горничная наконец-то вырвалась из сладкого плена мужских объятий и выпорхнула в коридор, чуть не налетев на Аню.
- Прошу прощения, - прощебетала девица и поспешила прочь по коридору, на ходу поправляя помятое платье и заправляя растрепавшиеся волосы под кружевной чепчик.
Аня, все еще улыбаясь пикантной сцене, повернула голову и замерла, наткнувшись на растерянный взгляд ярко-красных, почти рубиновых, таких знакомых глаз... о которых она грезила полночи...
Улыбка стремительно померкла, словно ее стерли. В дверном проеме стоял Азалекс собственной персоной. Видок его был весьма интересен, если бы не обстоятельства неожиданной встречи - в одних не застегнутых штанах. Квадратики пресса на его животе под загорелой кожей, аккуратная впадинка пупка, упругие мышцы, слега бугрящиеся бицепсы, трицепсы и проч., не уродующие его сверхмощью, а лишь оставляя ощущение гибкости и опасности, предупреждая противников - держись подальше...