- А... - неопределенно махнула Анька рукой. - Не заморачивайся, тебе мои знания вряд ли пригодятся. Ты голоден?
Риль смущенно кивнул.
- Я что-нибудь придумаю насчет еды, - вспомнила Аня про небольшой чуланчик-кухоньку, который они видели при «инспектировании» объекта. А ты раздевайся и отмокай. И не спорь! - строго сказала девушка, когда Риль попытался было возразить.
Она понимала, что Сандриэль ни за что не откажется от неожиданного подарка судьбы. Да и ей самой нужен был не полудохлый трупик, а полный сил Светлый эльф, иначе ничего не получится так, как хотела она. Только вот ее глодали сомнения, а сможет ли она хладнокровно провернуть то, что решительно пообещала своему отражению? А впрочем, зачем хладнокровно? Пусть все будет по-настоящему...
Аня удалилась на кухоньку и обвела взглядом крохотный чуланчик - на стене под потолком висела связка сушеных грибов.
«Ладно, сгодится», - решила девушка, на всякий случай, заглянув в чугунки и кастрюльки. Как здесь «работает» печка она не представляла и поэтому решила не заниматься самодеятельностью, а снова магически зажгла огонь, чтобы разогреть плитку над небольшом очагом.
На полу в углу чуланчика виднелся люк в погреб...
«Вполне возможно, что там есть съестные запасы», - решила Аня, потянув за кольцо-скобу...
Сандриэль жутко устал. Он еще больше понял это, когда теплая вода ласково приняла его тело. Дверь тихонько скрипнула, но не было сил повернуть голову. Он корил себя за безрассудство, тотчас, сегодня, после стольких событий подойти к Ане, но именно ее он и хотел видеть в первую очередь, словно не ему самому нужна была свершившаяся месть, а ей - чтобы что-то доказать ей, своей человечке, принявшей его беды, как свои собственные, чтобы похвастаться своими успехами, чтобы она одобрила и, может быть, похвалила и... а все остальное он даже боялся представить... Нет, когда он искал ее, ЕЕ, а не Старшего Принца Натан»ниэля, чтобы отчитаться в содеянном, Риль хотел долгожданной близости... Но не надеялся, что она примет. Он хотел лишь посмотреть на свою невесту, но, увидев, почувствовал неимоверную тягу - подойти и дотронуться. А дотронувшись, понял, что нет сил отпустить, пусть хоть весь мир летит вверх тормашками и Натан бесится из-за того, что он ослушался, чем бы не грозило это потом - сейчас Анька в его руках, рядом с сердцем, каждым миллиметром кожи даже сквозь одежду, он ощущал ее присутствие - это было болезненно сладко после этих дней, когда он боялся что потеряет ее навсегда... Только что же она сама хотела от него, неужели он получит добровольно то, что пытался взять силой...
Почему она решилась? Почему сегодня, когда у него от слабости закрываются глаза - как он сможет проявить себя, что она подумает? Снова будет изображать все понимающее милосердие или высмеет и уйдет, или просто уйдет, что не намного лучше. Рилю вдруг стало жаль себя, чуть не до слез - он раскаивался и мысленно корил себя последними словами за глупость - он не мог допустить, чтобы Аня в нем разочаровалась. Значит, придется все-таки пожертвовать парой-тройкой лет - меньше вряд ли получится, судя по состоянию...
Он попытался сосредоточиться, но теплая вода, лениво потрескивающие поленья в камине, уютный полумрак комнаты, тишина, изредка нарушаемая доносившимся их чуланчика звоном крышек над кастюльками и сковородками и какого-то шуршания, обосновавшейся на кухне Ани, первые запахи готовящейся пищи, какое-то радостно-удовлетворительное состояние оттого, что не висит больше тяжким грузам на его душе отголоски прошлого - все вместе казалось ему сном, коконом тихой радости, счастья, из которого невозможно выпутаться - и ничего больше в данный момент не надо... только сон...
Глаза эльфа закрылись, веки налились свинцовой тяжестью, сознание медленно ускользало от него, не давая даже поймать эту отправную точку, чтобы начать подпитку собственной жизнью...
Аня остановилась в дверях и залюбовалась - голова Сандриэля покоилась на краю бадьи на сложенном в несколько слоев полотенце - оно теперь наверняка промокло, ну и ладно... светлые волосы эльфа тяжелым шелковым занавесом струились поверх бадьи и спускались почти до пола. Он казался таким умиротворенным, что жалко было нарушать идиллию, но вода постепенно остывает... А еда скоро будет готова...
Она тихонько подошла и, склонившись, коснулась губами острого кончика уха. Сандриэля словно прошиб разряд тока, он дернулся, неловко подогнув колени, и схватившись за бортики руками, тут же прикрылся - вода была прозрачной. Аня подумала, а не добавить ли пены, но решила, что так даже лучше - ей нравилось смущать синеглазого мальчишку.