Мы оба услышали, как за стенами домика Светлый Лес зашептал на древнеэльфийском, принимая мое решение, повторяя мои слова, произнесенные на всеобщем, чтобы Аня поняла смысл...
Наверное, я повел себя глупо - ведь мы уже произносили «клятву верности», проходя церемонию, и я ограничил ее сейчас по отношению к одному лишь Азалексу... и только что понял это, но минуту назад мне это глупым не казалось...
Я отпустил Анину руку и молча смотрел на нее. Ну вот и все...
Я не чувствовал облегчения из-за того, что объявил мое желание. Я не знал, что может произойти за оставшиеся десять месяцев, но точно знал, что это окончательный разрыв наших отношений, какими бы они не были.
Но в любом случае демону она не достанется!
В Анькиных глазах промелькнуло негодование и гнев, но она вдруг заглушила яростный зеленый блеск, став внешне совершенно спокойной. Не знаю, что она разглядела в моих безумных глазах, но ее ответ поразил меня:
- Это справедливо... Я принимаю твои правила, Светлый Эльф.
Я окончательно почувствовал себя последней жалкой сволочью - она ведь не знает, что имеет право не просить, а требовать расторжение помолвки хоть в этот миг. Но я не скажу ей об этом...
Да, я жалкий и, наверное, подлый, но я нуждаюсь в ней и пусть хоть весь мир перевернется - пусть только у нее не будет шанса «попрощаться» так же и с Азелем, а я в лепешку расшибусь, но что-нибудь придумаю за оставшееся время, чтобы вернуть ее себе.
Но почему Анька согласилась так легко? Не похоже на мою человечку... Что она теперь задумала? Я по-разному сформулировал наши ограничения, обезопасив себя лишь от одного и самого опасного соперника, но себе «подписал приговор», даже не подумав о том, что почти год я не смогу прикоснуться к девушкам... Я сейчас не хочу никого, кроме Аньки, но ведь она может не допустить меня до себя, и даже наверняка теперь не допустит - и что останется мне, молодому здоровому организму? Ха-ха...
Я горько и нервно рассмеялся собственной дурости. Анька не улыбалась, посмотрела на меня сочувственно...
- Покажешь мне озеро? - внезапно спросила она, отвернувшись, чтобы взять мои вещи и передать мне.
Простой вопрос человечки с трудом пробился к моему воспаленному расстроенному мозгу.
- Ты останешься? - почему-то я был уверен, что она потребует немедленно вернуть ее в Школу, и чуть не задохнулся от безумной надежды.
- Нет, - мягко, но категорично ответила она. - Просто давай немного побудем в твоем Лесу, прежде, чем возвращаться... Другого шанса у меня не будет.... Или тебе трудно оставаться рядом со мной?
- Конечно трудно... - не стал врать я. - Только мы все равно пойдем смотреть озеро, и, если хочешь, я тебе устрою экскурсию вокруг каждого дерева... И это не жертва, Ань, - не дал я ей вставить ни слова, заставив себя улыбнуться.
Она слабо улыбнулась в ответ.
Анька просто непостижима - вот так, сначала подняв меня на немыслимую высоту, скинула в пропасть и тут же протягивает руку, помогая снова карабкаться вверх... давая мне шанс достойно выйти из сложившейся ситуации... и прийти в себя, побыв еще немного в Светлом Лесу, который, поняв мое состояние, наверняка щедро поделится древней магией Светлых со своим неразумным эльфенком, утешая, оттягивая часть невыносимой боли на себя. Лес, в отличие от сородичей, всегда меня любил, несмотря на то, что я полукровка...
Я оделся меньше, чем за минуту. Мы поправляли друг другу воротники, капюшоны курток, расправляя несуществующие складочки, чтобы не поддувало, путались в пуговицах и застежках непослушными дрожащими пальцами, не смея смотреть друг другу в глаза, и я все пытался удержать ее руки, вроде бы помогая, но больше мешая...
И все это было похоже на какую-то агонию, когда все уже свершилось, а разум просто блокирует часть информации, чтобы не сойти с ума от понимания непоправимости произошедшего и оглушающей скорби...
Что ты творишь, Анька? Что мы оба творим с нашей любовью?...
Ветви деревьев, покрытые липким снегом, склонились под его тяжестью и замерли в зачарованном сне. Луна безмолвно взирала на эту красоту, отражаясь узкой длинной дорожкой на поверхности озера. Хрупкий ледок был лишь у самого берега. Две цепочки следов тянулись от домика к водоему.
Проходя по узкой, едва различимой тропинке, Сандриэль чувствовал, как на него снисходит успокаивающее, убаюкивающее забвение, хотя бы на некоторое время притупляя это невозможное отчаяние, охватившее Светлого эльфа после объяснения. Молчаливый Лес забирал его боль, даря утешение, Аня правильно угадала - женская интуиция или их связь подсказала девушке, как будет лучше?