- Это ты решил! Ты все перечеркнул... - переменилась эльфийка в лице, разозлившись.
- Дорогая, остынь, - примирительно произнес я. Уж очень не хотелось выяснять наши отношения, воспоминания о которых я старался похоронить. У меня сейчас другие, более важные проблемы.
- «Дорогая»... - горько усмехнулась девушка, - а когда-то ты называл меня «любимой».
- Анабэль, ты хотела это слышать - и я тебя называл. Это просто слова... Мне было хорошо с тобой. Я хотел, чтобы тебе было хорошо со мной - разве тебя больше устроило бы, что после близости я бросил «спасибо!» и ушел? - меня порядком начали раздражать эти ссоры на пустом месте, которые она периодически провоцировала, ведь мы же договорились остаться друзьями... Хотя с Анькой я тоже договорился, но веду себя по отношению к человечке почти так же, как Анабэль по отношению ко мне. Пожалуй, мне понятна ее боль и ее обида - чем я плох? Почему Анька не выбрала меня? Или почему она вообще смогла обратить свое внимание на кого-то другого?...
- Хорошо, - зло вскочила Бэль. - Тогда знай, герой-любовник, пока ты ждешь ее под закрытой дверью, она развлекается с Азалексом! И у них...
- Замолчи!
- Да! У них все было! Я слышала, как она стонала! Азель не хуже тебя в постели, могу заявить это с уверенностью! - припечатала она, то ли специально, то ли не сдержавшись.
Да, мне было обидно из-за того, что кто-то знает об отношениях Аньки с моим Темным братцем, мне было неприятно, что Анабэль вспомнила о своем «одноразовом» любовнике, но в какой-то мере я был благодарен человечке, что такую «новость» я услышал от нее самой, иначе она меня сейчас добила бы, а так... я только скривился, стараясь казаться совершенно безразличным и бесстрастным:
- Жаль тебя разочаровывать, Бэль, но сорока на хвосте уже принесла мне это известие. И, знаешь, если тебе было так хорошо с Азелем, что же ты до сих пор таскаешься за мной?
- Ты... - возмущенно задохнулась она, - ты! Свинья!
Анабэль замахнулась и влепила мне пощечину.
Я не ожидал от столь хрупкого с виду существа удар такой силы и даже чуть не покачнулся. Н-да... видно, наболело...
Щека горела, но не буду же я в ответ бить девушку. В какой-то мере я это заслужил. Хотя если бы она позволила себе проделать такой фокус раньше, до того, как я связался с Анькой, заставившей посмотреть на многие вещи иначе, я за свою реакцию не поручился бы... только вот плохо это или хорошо?
Но и на этом эльфийка не успокоилась и кинулась на меня, не иначе, собираясь располосовать мое лицо своими наманикюренными коготочками.
Вот это уже совсем ни к чему.
Я перехватил ее руки.
- Все! Остынь! - я жестко сжал запястья Анабэль, заставив опустить руки вдоль тела. В глазах эльфийки стояли слезы. Лицо перекосилось от ненависти и боли, и стало некрасивым, каким-то жалким...
- Ненавижу! Ненавижу! Нена... - всхлипнула она, наконец, и разревелась, - ненавижуууу...
А ведь она в том же положении, как я, только я не могу дать волю слезам... Я крепко прижал бывшую любовницу к груди и, не давая ей шевелиться, зашептал:
- Все, Бэль, успокойся, все пройдет... поверь... я тебе точно говорю, все у тебя еще будет хорошо... («только не со мной», - добавил я про себя).
Она замерла, наверное, не ожидая от меня такой реакции, и вдруг с силой оттолкнула, бросив:
- Дурак!!! Ты просто дурак, Сандриэль! - и быстро пошла в сторону девичьей половины, затем и вовсе побежала, подобрав подол длинного платья, чтобы не путался под ногами...
Я посмотрел ей вслед без сожаления. Рука непроизвольно потянулась потереть пылающую щеку. Бэль - пройденный этап моей жизни, надеюсь, когда-нибудь она это поймет и найдет в себе силы остаться просто друзьями...
Спать я и до этого не хотел, а теперь желание пропало вовсе. Раз уж сегодня вечер откровений, пожалуй, самое время задать кое-какие вопросы доброму милому дядюшке...
Пока я шел к нему, успел снова завести себя до предела. Мой требовательный стук был, наверное, не очень вежливым, учитывая время визита, но Натан сразу же распахнул дверь, и, едва взглянув на меня, посторонился, пропуская:
- Проходи, Риль, поговорим...
Аня
Мы не стали выяснять отношения с Рилем. Сама не знаю, почему, но он меня, похоже, избегал. Мне, если честно, вовсе не хотелось как-то оправдываться за свидание с его дядей или вправлять ушастику мозги, чтобы он не парился из-за всего этого - мы же решили, что дадим друг другу свободу действий - я его не ограничиваю, пусть и он не притесняет мою свободу... Может быть, он потребовал объяснений у Натана, но мне об этом ничего не известно.
На прошлой неделе даже на развлечения в Беседке не оставалось времени, не то чтобы ходить на свидания. Нас загрузили по полной программе, надо было сдавать зачеты, чтобы успеть до первого зимнего бала, который проводится перед началом сессии. Почему так? На мой взгляд, корректней было бы устраивать праздник после сдачи экзаменов, но может быть, в этом есть своя изюминка - вдруг кто-то останется с «хвостами» и для него, конечно, это будет не таким уж радостным событием, а так все равны. Праздник, радость, отключение от действительности, возможность расслабиться, сбросить напряжение, и потом уже с ясными мозгами сосредоточиться только на экзаменах.