Не может быть... ее девочка, Лина... в то время, когда она старалась, как и все остальные, поддержать Зака, и хоть чем-то помочь предотвратить страшное Предсказание, ее собственная дочь строила такие козни... Зак...
Материнское сердце Таис разрывалось от боли. Мотивы поступка дочери ей были понятны, но от этого не становились менее омерзительны.
«А что если бы Закиараз, много лет назад не смирившийся с участью отвергнутого, захотел отомстить? Что если бы он не отошел благородно на второй план и не остался бы верной тенью более удачливому брату, что если бы он проявлял настойчивость... смогла бы она остаться безразлична? Кто знает... но Зак никогда не опускался до низости, и сейчас не воспользовался слабостью влюбленной в него девчонки, которая могла бы попробовать заменить его давнишнюю безутешную любовь (перешедшую в платоническую) к ее матери... Дайанар... что теперь делать?... я плохая мать, я чувствовала, что что-то не так, но не разглядела причину...» - отрывки мыслей Таис метались словно разозленные пчелы в потревоженном улье...
Страх оказаться лишенной магии никогда не висел над дочерью Таис и Дайанара. Это было для кого-то еще - для преступников, для предателей, для не соблюдающих дуэльный кодекс... но не для нее. Зак, ворвавшись в ее сердечко со своей грешной любовью, толкнул ее на скользкую дорожку подлости и низости... Аделина и сейчас считала мальчишек виновниками своих неудач. И как так получилось, что они все-таки остались жить? Как может быть нарушено Пророчество? Эта человечка, которую она сама увидела впервые в чужом Мире, совершенно не понимая, какое участие произойдет в ее собственной судьбе, была совершенно обыкновенным человеком, каких миллионы в том странном убогом Мире, в котором практически нет магии, зато столько всяких технических средств, уродующих психику и здоровье людей... Если бы Анька не получила ту несчастную каплю драконьей крови, которая позволила «зацепиться» ей при перемещении, ничего не было бы. Но тут Аделина была ни при чем - те сумасшедшие людские Темные маги действовали параллельно ее плану. И то, что они выбрали объектом внука Янара было понятно - слишком много намешано сильной крови, за которой могли охотиться человеческие маги. В идеале детеныш дракона-оборотня пригодился бы не только своей кровью, но и со всеми потрохами - сердце, печень, зубы, когти... То, что Гордей оказался такой крохой, было не совсем здорово, но для эксперимента пригодился бы и этот экземпляр, главное понять, в чем самое слабое место полукровок... слишком ценных полукровок...
Но сейчас Аделина не могла трезво рассуждать о том, что человечка, поломав коварные планы злодеев, спасла не только маленького дракончика-полукровку Гордея, но, возможно, и остальных... сейчас Аделина понимала только то, что ее объект, ради которого она решилась на дерзкое преступление, подвергнув опасности не одну расу, пользующуюся природной магией, отдают этой человеческой женщине... пусть только на год, Аделина была уверена, что еслили уж Зак отказался от нее, что не будет жить с иномирянкой, только бы Совет не заставил его принудительно... Зак просто слишком благороден... Он переживает, что из-за него дети попали в такую передрягу, потому и готов теперь принести себя в жертву обстоятельствам... но он наверняка не подойдет к этой женщине... как муж к жене...
Но вот как пережить самой целый год без возможности пользоваться магией? Владыка Ваэль, пожалуй, и не слишком суров, но ошейник и браслеты, блокирующие магию - это страшно. Во время обучения всем давали «примерить» на себя, эти ужасные кандалы. Аделина до сих пор передергивала плечами, вспоминая, насколько тогда стал бесцветен окружающий мир - померкли краски, лишившись целого спектра ощущений, и притупился слух и осязание, и напала беспомощность и ужас, как же с таким мизером живут остальные?
Натан снова попробовал, обращаясь к Закиаразу:
- Она же сама Вам не нужна, господин Закиараз, опомнитесь... Вы же ее не любите! Что с ней будет, ведь молодость сохраняется только при обоюдных чувствах прошедших Обряд... Я люблю! Клянусь, что буду хорошим отцом Вашим детям, отступитесь! Я могу выкупить ее жизнь... Я готов умолять, если Вы желаете, господин Закиараз, - сдерживая гнев и отчаянное бессилие что-либо изменить, говорил Натан»ниэль.
- Нет! - резко осадил Зак. - Прекрати, Натан... совершенно нет нужды переходить на «Вы», если ты меня до сих пор считаешь безответственным мальчишкой. Я могу только обещать, что не прикоснусь к твоей... любимой до тех пор, пока не родятся дети, если она не позволит мне этого сделать. Согласись, это долгий срок для молодой девушки, да и для женщины ее биологического возраста.