- Я их не брошу, Рамиль, не переживай.
- Но они заставляют Вас чувствовать себя несчастной...
- У каждой второй женщины бывают такие моменты, когда хочется выть, и вернуть все, как было, это просто слабость, депрессия, и она пройдет... Рамиль, не волнуйся, я возьму себя в руки, и Заку объясни, чтобы не переживал.
- Нет нужды делать что-либо через силу, главное лишь Ваше присутствие в доме, моя госпожа... Вы не подпускаете к ним никого, кроме Зака, но это не может длиться вечно, всему есть предел. Именно поэтому приглашают кормилиц и нянек. Особенно, когда сразу двое малышей.
- Я не хочу, чтобы чужие лю... асуры были около них.
- Вы мне доверяете?
- Да, конечно...
- Тогда я возьму часть обязанностей на себя, и не думайте, Заку тоже останется. В конце концов, это ведь он мечтал побыть «папой» - пусть побудет, - улыбнулся рыжий асур.
- Он же работает, у него ответственный пост при Дворе...
- У него в доме дети! - отрезал Рам. - Или Вы хотите еще раз пройти все с самого начала?
- Рамиль?! - переменилась Аня в лице.
- Я пошутил, простите, моя госпожа, - испугался Рамиль, подхватывая Аню под локоток. - Я неудачно пошутил...
В эту ночь Аньку не допустили больше к проснувшимся детям, мягко выпроводив ее из детской спальни. Ей пришлось уйти - Зак укачивал вопящего Риля, а Рамиль переодевал Азеля, дрыгавшего ножками и не дающего натянуть ползунки. Конечно, Аня все равно не могла уснуть, прислушиваясь к звукам, доносившимся из детской. Она даже подкралась к двери, но асуры ее почувствовали, и Зак пригрозил напоить успокоительной настойкой, чтобы проспала до утра - пришлось ретироваться.
Детки [из инета]
«Ладно, пусть сиреневолосый асур поиграет в папу, - решила Аня, - наверняка ему это скоро наскучит...»
Ей было и смешно и тревожно - а вдруг не справится? Правда, его верный слуга рядом, но они же оба мужчины...
Но Зак не сдавался. Бессонные ночи, пока дети поняли, что мамы им так и не дождаться, закончились лишь через полторы недели. За это время Анька вся извелась, компенсируя свои вынужденные «отгулы», выделенные ей, чтобы отоспаться и почувствовать вкус к жизни, днями - проводя все время возле своих малюток. Зак осунулся, утром не мог оторвать голову от подушки, и Аня подозревала, что для того чтобы решать важные вопросы, ему приходилось подпитываться внутренними резервами своей магии, расслабляясь лишь дома. Рамиль выглядел чуть лучше, но это и не удивительно. У шестисотлетнего асура был огромный резерв Силы. Но зато Анька, теперь и в самом деле отоспалась и почувствовала прилив бодрости и какой-то внутренний душевный подъем. А ее ночное дежурство теперь выпадало лишь в период, когда у асурят резались очередные зубки. Вот тогда уже спали по очереди все втроем, хотя Зак и выражал желание побыть рядом с женой и детьми... Аня так и не поняла, перед кем он пытался таким образом искупить вину - перед ней, или перед сыновьями.
Она все равно скучала по Натану, даже несколько раз порывалась написать ему письма, но каждый раз они так и не были отправлены... и очередное летело в камин. Аня глядела на жадные языки пламени, пожирающие корчащуюся дорогую бумагу, и чувствовала, как выгорают эти полные любви, тоски и надежды строки... так выгорает и ее любовь к прекрасному Светлому эльфу... и остается серое пепелище отчаяния и тихой грусти...
Натан»ниэль ей не писал... Аня утешала себя, что он, может быть, и писал бы, да Закиараз все равно не допустит, чтобы она прочитала. Асур почему-то вбил себе в рогатую башку, что Ане не нужны лишние переживания, и старался оградить ее (да и себя тоже) от незримого присутствия Старшего Принца Лучезарных эльфов в жизни их семьи.
Аня возмущалась, обижалась, но не могла не понять мотивов Закиараза...
На самом деле Зак поставил условие, что если Натан будет продолжать делать попытки как-то связаться с его женой, то он тогда не позволит эльфу так часто видеться с детьми. Натан выбрал бы Аню, но взявшийся за ум папаша, тогда наверняка придумает еще что-нибудь, но и ребенка показывать не будет. Натан»ниэль теперь невольно переносил на племянника не только родственную любовь, но и пытался представить, что в мальчике есть и Анина частичка (хотя, очевидно, что этого не было), и подолгу ворковал с ним на своем мелодичном наречии, здорово раздражая этим и без того нервничающего Зака, и веселя Сайруса.
Всего один раз Вивианиэль появилась в Царстве Бадрахалы вместе с братом, чтобы взглянуть на Сандриэля. Долго смотрела на мальчика, но на руки так и не взяла, ограничившись вердиктом: