- Мальчики! А ну прекратить немедленно!
Окрик матери подействовал. Мальчишки расцепились, раскатились в стороны и теперь, поднявшись на ноги, растрепанные, раскрасневшиеся, тяжело сопели, исподлобья косясь друг на друга и не смея взглянуть на мать. Азель двумя руками держался за копчик, а Риль - за ухо. На лбу светловолосого мальчика отчетливо были видны две покрасневшие шишки.
В комнате появился Рамиль и, с сочувствием оценив потери обеих сторон, покачал головой за спиной Ани.
- Живо приведите себя в порядок и объясните, почему вы себя ведете, как два бандерлога? - уперла она руки в бока.
Рамиль улыбнулся. Анхель могла бы обмануть детей, но не его. Вместо того чтобы броситься к ним и начать утешать, целуя и поглаживая пострадавшие местечки, Аня мужественно пытается сейчас быть строгой и справедливой. А ему хорошо видно, как мечется ее аура, и сердечко, наверное, кровью обливается от желания прижать и утешить... Это слепое обожание Рамиля умиляло, и почему-то не раздражало, наверное из-за того, что Анька все-таки пыталась сдерживать свои порывы и не сильно баловать детей, когда того требовал воспитательный момент. Повезло, что это не кто-то чужой поднял руку на ее деток.
- Что опять произошло? - начала она допрос, не выдержав и подойдя к детям, сама заправила выбившиеся из-под пояса штанишек в ходе короткой схватки рубашонки. - Что не поделили на этот раз? Риль, что у тебя на лбу? Господи... а это еще что? Повернись на ушко взгляну... Азель!
- Он первый начал, - тут же сдал брата чертенок.
- Сам первый начал! - обиженно покосился Риль, терпеливо стоя перед обеспокоено разглядывающей его «боевые раны» матерью.
- Риль, детка...
- Давайте, я полечу, - предложил Рамиль, подходя и забирая Сандриэля (при этом он легко потрепал мальчишку по светлым вихрам). - Ничего, малыш, драться, конечно, нехорошо, тем более кусаться и царапаться, понимаешь? - выразительно кивнул Рам на Азеля с расцарапанной щекой. - Просто вы опять огорчили маму...
Риль пристыжено кивнул.
- Я с вами с ума сойду! - посетовала Аня - А у тебя что? - подтянула она младшего сына ближе.
- Уй, - всхлипнул он, отпуская пострадавший хвостик.
Анька прижала его к себе, поглаживая по поясничке и, подув на царапину, поцеловала сорванца в здоровую щечку.
- Рамиль, займись лучше этим бойцом, - велела она Раму.
- Иди сюда, - поманил Азеля слуга.
Рыжий асур не был Целителем, но для такой элементарной помощи его возможностей вполне хватало:
- Ничего страшного, моя госпожа, не волнуйтесь, - с улыбкой обернулся он к расстроенной девушке.
Аня отошла и опустилась в кресло.
- Ну, раз ничего страшного, тогда мои дорогие, имейте в виду - в следующий раз, если еще такое безобразие повторится - буду вас лечить сама. Замотаю бинтом и все! Пока не заживет, будете ходить так! - пригрозила она.
Мальчишки живо себе представили, как они будут выглядеть с перебинтованной головой и хвостом и несмело улыбнулись.
- И ничего веселого, - повысила голос Аня. - Больно вам было? -
Она дождалась кивка от каждого из детей. - Так вот: так больно будет не пять минут, а несколько дней, пока не заживет само собой, ясно?
Оба сразу же усиленно закивали, хотя на самом деле было не ясно - все синяки, шишки и царапины всегда залечивал Рамиль или папа.
- И нечего улыбаться, Рамиль! - возмутилась Анька, увидев хитрую улыбку на лице рыжего асура. - Так и сделаю, и не говори потом, что я не мать, а ехидна...
- Ни в коем случае, моя госпожа, я совершенно с Вами согласен. Пусть хоть раз прочувствуют, - тут же подхватил Рамиль. - А еще можно в угол... на горох поставить.
Аня хмыкнула:
- Откуда ты знаешь?
- Я интересовался, как у людей детей воспитывают... - уклончиво отозвался Рам.
- Как это на горох? - округлились глаза у Риля.
- Ма, а как? - тут же загорелся Азель.
- Рамиль, покажи им, как, - предложила все еще сердитая Аня.
Девушка злилась не на детей, а на себя. Она снова поддалась порыву и вместо того, чтобы хоть раз отшлепать, снова пожалела, и сейчас сцепила руки в замок, чтобы не поманить детей, которых хотелось обнять, к себе.
- С удовольствием, - рассмеялся Рамиль. - Кто какой угол выбирает?
Малыши бросились в разные углы. Азель с готовностью отодвинул в сторону деревянную лошадку-качалку, стоявшую в углу, и заинтересованно обернулся в ожидании нового фокуса Рамиля.
- Готовы? - торжественно провозгласил Рам. - Смотрите, потом не хнычьте...
В обоих углах появились кучки сушеного гороха, рассыпанные довольно толстым слоем (чтобы уж наверняка не раскатились из-под коленок асурят).
- Ну все, вставайте на колени и получайте свое наказание, - приглашающее кивнул он детям и, взглянув на заерзавшую в кресле Аню, предупредительно поднял руку, чтобы она не вмешивалась.