Сжалившись, я разрешила перевернуться, чуть не задохнувшись от переполнившего меня восторга видеть перед собой раскинувшегося парня с темными волосами, словно выпущенными щупальцами или черными всполохами на солнце, разметавшимися по светлым наволочкам сбитых подушек, почти блаженным выражением лица, влажно блестящими черными глазами, то и дело прикрывающимися длинными темными ресницами (до сих пор предмет моей зависти), трепещущими ноздрями, шумно, отрывисто вдыхающими воздух, наполненный сексуальной энергетикой разгоряченных любовью наших тел, с искусанными губами, которые он периодически облизывал, с влажными капельками испарины на висках и над верхней губой, и отслеживать движение кадыка на сильной шее, сопровождающее глотательные процессы - офигительная картинка! Оргазм можно получить лишь от созерцания этого чуда, ну а уж если прибавить все остальное - напряженные руки, терзающие, сминающие, рвущие пальцами постельное белье, высоко вздымающуюся и опадающую грудную клетку... возможность рассмотреть, пересчитать все кубики пресса на животе с очаровательной впадинкой пупка, от которой начиналась узкая дорожка темных волосков, чуть расширяющаяся к паху, с гордо торчавшим ровным стволом (причем, как я уже успела почувствовать, так и вновь убедиться визуально - он был чуть больше, чем у Риля или Алекса. И, если это всего лишь «морок» или иллюзия - хвала иллюзионисту - слишком уж реалистично!)
Подрагивающие стройные ноги, чуть согнутые в коленях мило покрыты волосками... Вот не нравится мне, когда у мужиков слишком повышенная волосатость, а у Азеля... у него было не просто всего в меру, а словно тщательно выверено, для того, чтобы произвести должный эффект. И колени... Чертенок несносный - я даже от коленок не могла отвести взгляд, тут же пристроившись между ними, не забыв погладить, жмурясь, как кошка на солнышко, почувствовав ладонями их округлость (мослатые, кстати, тоже не нравятся).
Азель смешно дернулся в попытке не то вытянуть ноги, не то поджать их поближе к телу, но я не стала его мучить, добравшись наконец-то до самого заветного местечка, почти с благоговением опускаясь лицом к его паху, заставив потерявшегося было в ощущениях парня напрячься.
И я знаю, почему. В прошлый раз его попытка указать мне, как именно он хочет получить ласку (точнее задать темп), мне жутко не понравилась, особенно такое вот использование моего порыва, и теперь он намертво вцепился в несчастную простынку, удерживая себя от желания повторить. Видимо, хорошо помнил печальный опыт, доставивший нам с ним немало неприятных минут смущения и взаимных обид.
- Азель, - позвала я, просунув руки под коленями парня и успокаивающе погладив его по внешней стороне бедер.
- Расслабься... все хорошо.
- Ань, ты уверена, что хочешь этого? - подозрительно спросил Азалекс.
- Да, - уверенно кивнула я. - не терзайся. Все будет так, как захочешь ты.
- Не надо, - Азель прикрыл глаза. - Как ты сама...
- Хорошо, мой родной, а теперь просто расслабься и получай удовольствие...
Ну что сказать, Азелю, видимо, все же слишком запал в память предыдущий урок. Он каким-то неимоверным усилием воли заставил себя сдержаться и сумел оторвать меня от «сладкого». Я чуть не обиделась, не понимая, почему?
Зато он почти сразу развернул меня к себе спиной, и я уже шипела от «удачно» выбранной позы. Правда, недолго...
А не вдохновила она меня потому что, хоть я и готова была к тому, что партнер может оказаться сзади (и опять же, возвращаясь к моим комплексам, у меня был маленький пунктик, мне нравилось так - ничего не могу сказать), но мне всегда казалось, что это немного унизительно для женщины, то есть, когда не видишь лицо, словно собаки на случке... И если уж выбирать эту позу, то только не во второй раз, а когда все остальные перепробованы.
И лишь почувствовав на своей шее остроту увеличившихся клыков чертенка, снова ставящего на мне свою «метку», я поняла, что для него это было навязчивой идеей, и уж никак не актом унижения, а желанием утвердиться и взять меня под свою защиту... а с моей стороны, стало быть - актом доверия - врагу не подставляют свою спину... как все просто и сложно. Ну, разве я могу отказать моему мальчику в такой малости?