тать ни с каким другим. - Гы-гы-гы! - довольно гоготал Эшли, - не сводя стеклянных глаз с Алекса. - Это я, а вон те три ублюдка - мои фрэнды: Билли, Дэби и Фрэнки. Алекс глянул через плечо. За соседним столиком веселилась пьяная компашка, орущая на все голоса ругательные песенки. Присмотревшись внимательнее, Алекс узнал очкарика, Заучку Дэби. А рядом с ним - Слизняка Билли. Два заклятых врага превратились в друганов - не разлей вода и более того - в живых мертвецов. Третий - самый трухлявый и костлявый набрался так что еле-еле передвигал челюстями и казалось вот-вот рассыплется в пух и прах. - Ничего себе! - присвистнул Алекс. - Дэби? Билли? - Что, удивлен? - ухмыльнулся от уха до уха толстяк Эшли. - Жизнь полна сюрпризов. - Этого не может быть! Этого не должно быть! Опять какая-нибудь клоунада? - Твои глаза не обманывают тебя. Отличный отрыв для настоящих мужчин. Не правда ли?! - Но вы же все мертвы, или что-то вроде этого. - Ты прав, Алекс. Но я смотрю и ты не лучше, правда?! Стоит ли ломать над этим голову. - И все-таки я, отказываюсь в это верить. Вы - и вдруг здесь!.. - Скоро поверишь, - весело пообещал толстяк. Эшли и сказал, повернувшись к бармену: - Думаю, Данмор, будет лучше если ты принесешь нам чего-нибудь крепенького... как-никак старые друзья... и смотри мне, без фокусов... Невысокий трупак с «ирокезом» на голове, весь в металлических браслетах и в безрукавке с нарисованным на роже хищным пауком, зло улыбнулся Алексу, когда он вместе с толстяком Эшли подошли к столику. Это был Слизняк Билли. Мгновение спустя они все дружно сидели за столиком в этом вонючем, убогом, дьявольском заведении. Они пили, болтали, дымили сигаретами. Вспоминали о земной жизни, о днях, проведенных в школе, о родителях и друзьях, о близких и дальних родственниках. Вино лилось рекой, разливалось по кубкам и вскоре, нализавшись до упора, они начали напевать свои похабные песенки, рассказывать такие истории, от которых волосы вставали дыбом. Примерно это звучало так: - ...Любящая бабушка, начитавшись распространенной ныне литературы о потусторонних силах, убила своего единственного внука: ей показалось, что мальчик - бесенок, и ей был дан сигнал свыше избавить мир от зла... - ХА-Ха-ХА-ХА-ХА!!! - ...Трое молодых людей убили свою школьную подружку: они были уверены, что девушка - «киборг»... - ХИ-ХИ-ХИ-ХИ!!! - ...Один парень вместе с дипломированной экстрасенсшей изгонял бесов из своей сестры, замучив ее до смерти. А потом 40 дней сидел возле разлагающегося трупа, ожидая «воскрешения»... - ХО-ХО-ХО-ХО-ХО!!! Ну а потом пошло: ...Маленький мальчик с ружьишком играл. Он с любопытством его разбирал Пальцем неловко нажал на куроки - Пырснули дружно мозги в потолок. ...Маленький Джони варил холодец... По полу ползал безногий отец. ...Девочка в ванной бритву нашла. «Что это?» - папу спросила она. Папа ответил: «Губная гармошка»... Все шире и шире улыбка у крошки... ...Маленький мальчик нашел пистолет... Долго у стенки корячился дед. ...Мне мама в детстве выколола глазки, чтоб я в шкафу варенье не нашел. Теперь не вижу солнца и не читаю сказки, Зато я нюхаю и слышу хорошо! ...Девочка Тина купаться пошла - в среду нырнула, в субботу всплыла. ...Быстро, надежно и без хлопот Вас похоронит Аэрофлот! ...Девочка к морю купаться пошла. Тихо акула к ней подплыла - Лязгнули зубы, брызнула кровь... Вот что такое к природе любовь! ...Девочка Дина у клетки ходила. Не надо опять кормить крокодила. ...Подарили мальчику перочинный ножик: теперь у сестрички - ни ручек, ни ножек... ...Маленький Рони в лесу потерялся... Вкусный подарок медведю достался! Наржавшись наконец, до коликов, пришлось сменить тему: - Давайте выше поднимем бокалы! Ведь никто иной, как сам черт виновен в изобретении вина и табачного зелья. Возрадуемся же ему и его изобретению и споем в его честь и славу! - проверещал самый трухлявый и все хором завыли: «В бокалы влей вина и песню затяни нам, Свой голос примешав к стенаньям дьяволиным! Без песни пить нельзя, - ведь иначе вино Нам разливалось бы без бульканья кувшином. Разумно ль смерти нам страшиться? Только раз Я ей взгляну в лицо, когда придет мой час. И стоит ли жалеть, что я- кровавой слизи. Костей и жил мешок- исчезну вдруг из глаз? Хочу упиться так, чтоб из моей могилы, Когда в нее сойду, шел винный запах милый, Чтоб вас он опьянял и замертво валил, Мимо идущие товарищи - кутилы Нам с гуриями рай сулят на свете том И чаши полные пурпуровым вином. Красавиц и вина бежать на свете этом Разумно ль, если и ним мы все равно придем? Из допущенных в рай и повергнутых в ад Никогда и никто не вернулся назад. Дай вина чтоб веселье лилось через край, Чтобы здесь, в преисподней, мы изведали рай". И никто из друзей за все это время так и не просек, что Алекс Мак является самым настоящим живым парнем. Живым среди мертвых... Им всем почему-то казалось, что он такой же прогнивший трупак как и они сами. И в этом не приходилось сомневаться, поскольку сам внешний вид Алекса являл собой вполне красноречивое доказательство... Стерео бешено орет. Адский гроулинг певца сотрясает стены, сыплется штукатурка, осыпается потолок. Одна из скелетин у стойки, в замугрыженном синем парике вихляет костлявыми бедрами в такт музыке. Слизняк Билли в мертвецки пьяном угаре вскакивает и орет: - «Надоело, тошнит. Ай да на танцен! Потом, ни с того ни с сего, двигает в ухо скисшему рядом Заучке Дэби, но он этого даже не замечает, продолжая лепетать. А потом начались пляски. Хороводы до обалдения. Алекс отрывался вместе со всеми. У изрядно подпортившихся девиц он не знал отказа. И даже приударил за одной из них, пока та не впилась зубами в его шею. Поэтому со словами «Долбанная тетя, как ты постарела!» - пришлось срочно огреть ее по фэйсу бутылкой, помяв изысканную причу. Мертвячка заорала почище полицейской сирены. Из рассеченной рожи хлынула густая, черно-красная кровь заливая все вокруг противной вонючей жижой. Истерично визжа она рухнула на пол, а ее тело сотрясали конвульсии и судороги. И тут понеслось. Со всех сторон к Алексу бросилось несколько десятков свинных рыл, пуская на ходу пену и выставив клыки. Какая-то гадина вцепилась клешней в его плечо, вопя как безумная: - Убить его! Разорвать на куски! Вырвать подлецу печень! Распять! Распять! Рас-пя-ать!.. Это была неистовая атака Смерти на Жизнь - извечная борьба темного и светлого. Завязалась ожесточенная потасовка. Орущее полчище окружало Алекса со всех сторон, отрезав путь к отступлении. Они пихали, кусали, щипали, царапали его, дергали за волосы, пытались выколоть костлявыми пальцами глаза. Алекс что было сил отбивался от наиболее настырных, сыпля ударами налево и направо. - Ты умрешь! Ты умрешь! - орала разьяренная нечисть все плотнее и плотнее напирая на Алекса. - ...Ах вы мерзкие ублюдины! Куски тухлого мяса! Мешки с костями! На кого тяните! - раздался знакомый возглас. Это был толстяк Эшли со своей свитой. - Ура!!! Да здравствует дружба!!! Вот это будет настоящая битва, - с ножами, кастетами, цепями и бритвами. Чего еще стоило бы желать!.. В три прыжка толстяк Эшли преодолел расстояние, отделявшее его от монстров. Не давая им времени на размышления, он сбил с ног первого попавшегося - сбил мощнейшим ударом в свининую, испускающую зловонные пузыри пасть. Почти одновременно второму прямо под глаз пришелся резкий удар кастетом - глаз вылетел наружу, будто желток из сдавленной скорлупины. Толстяк резал, рвал гниющую плоть на мелкие куски и она разлеталась в разные стороны, взметалась вверх и плюхалась на столы. Но нечистые оказались на редкость живучими. Они поднимались после каждого удара и сновавступали в бой. Они были в бурой жиже, гной струился ручьями, рваные раны обнажали зеленое пульсирующее мясо, и казалось, они не чувствовали боли. - Ну ладно, стервозники! Поступим иначе! Толстяк Эшли на миг застыл, потом превратился в смерч, живой водоворот. Алекс не видел ничего подобного. Толстяк вошел в состояние «машины смерти», и теперь его могла остановить только сама смерть. Фонтаны противной и желтой крови вздымались к закопченому потолку. Толстяк - смерч - сметая все на своем пути, превращая в кровавое мессиво любую плоть, быстро продвигался вперед... По колено в зеленой жиже вслед за ним гребли Заучка Дэби и Слизняк Билли, добивая самых живучих. Трухлявый скелет Фрэнки плелся позади всех и поучительным тоном гнусавил проповеди по поводу этикета. Он едва передвигал костылями, то и дело увязая в остатках плоти, кишок и гниющей слизи... А Алекса заливала кровь, своя или чужая - он уже не разбирал. Сколько еще он сможет продержаться? Надолго ли хватит его сил? Не думать об этом! Прочь сомнения! Алекс крушил нечисть безжалостно и жестоко. Он прокладывал себе дорогу навстречу Толстяку Эшли - трещали кости, хрустели хрящи, рвалось и хлюпало мясо, свисали жилы, падали сшибленные головешки. Он шел вперед! Он знал одно: остановишься - смерть! И он прокладывал просеку, прорубал дорогу в гадком, отвратительном мертвоживом лесу. Он не боялся черной работы. В очередной раз сбив с ног одного из монстров, он не дал ему подняться, резко взмыл вверх на два метра и всей силой своего тела в падении, выставляя кованые каблуки, проломил грудную клетку - одновременно десяток желтых, обломанных костей, прорвав слои мяса, вышли наружу. Закрепляя победу, Алекс вышиб монстру нижнюю челюсть, сокрушил череп и сильно ударил в открывшееся горло ребром ладони. Голова со свист