˗ Тёмка, ты чего застыл? ˗ папа уже дозавтракал, ˗ ай-да, поглядим скорей, что нам «бабуська пьисйайа»!
˗ Здрасьте-до свиданья! Куда это вы ай-да? ˗ мама уже накладывала дымящуюся кашу в чистую тарелку, ˗ Сам поел, а ребёнку, значит, не обязательно? Тёмка, садись кушать. И оладушки вон бери, Егорка с утра напёк, тёплые ещё.
А ведь и верно. Ортём совсем забыл, что так-то шёл слегка перекусить с доброго утра.
˗ Пап, я быстро!
˗ Не торопись. Без тебя не начнём. Вон коробки пока к тебе в комнату перетас-каем. Его-орка-а, помогай, доргой!
И пока папа с кряхтящим, как водится, изо всех сил домовиком таскали коробки, Ортём быстро справился с кашей и парой-тройкой… ну и ещё одну… оладушек с любимым брусничным вареньем. Так-то, конечно, можно было не мучиться и мигом всё перекинуть прямо к нему в комнату, но мама не одобряла внутриЯвные перемещения в доме.
˗ Мам, благодарно! Я всё.
Дожёвывая на ходу, и напрочь позабыв про старательно воспитываемую последний год солидность (все же восемь лет стукнуло, это вам не шутки), Ортём вприпрыжку помчался к себе. Ксюшка, всё это время серьёзно следящая за возникшей вдруг суетой, сидя на своём высоком стульчике, поскакала следом.
В комнате, прямо на полу, среди открытых коробок, папа с домовиком изуча-ли уже переведенную на русский инструкцию.
˗ Ну что, начинаем?
˗ Вас только и ждём. Так, достаём сначала всё из этой.., этой… и вот этой коробок.
Поначалу продвигались медленно, как почти всегда и бывает, если имеешь дело с моделями инопланетников. Но постепенно, когда приспособились к мышлению далеких игрушечников и слегка разобрались в их технических закавыках и непонятных штуковинах, дело пошло на лад. А когда к ним присоединилась и мама, дело совсем заспорилось. Модель получалась грандиозная. В комнате она не умещалась, пришлось папе колдовать. Побормотав неразборчиво себе под нос, прикинув-посчитав что-то на листочке и сверившись с инструкцией, папа встал в центре комнаты, принял величественную позу и сделал вид, что запахивает невидимый плащ:
˗ Бум-карарабум! ˗ и топнул левой ногой.
Комната смазалась и увеличилась в размерах раз в пять… или в шесть. Ортём не выдержал и засмеялся. Папа любил придумывать смешные заговорки.
˗ А ногой зачем топать?
˗ Для пущего эффекта! А чтобы обратно всё вернуть, надо наоборот сказать и ещё раз топнуть. Карарабум-бум! ˗ и притопнул правой ногой.
Комната снова поплыла и стала обычного размера. Недостроенная модель и все детали в коробках уменьшились до крошечных размеров.
˗ Я это всё уже с комнатой синхронизировал. ˗ скромно сообщил «чародей» и поклонился.
Все захлопали. Это ж надо!.. Всего за пять минут всё правильно рассчитал и совместил чужую вещь с их пятимерьем. Да ещё и эффектов добавил! Всё-таки папа талант. Не зря считается одним из лучших гармоников в их Мире.
˗ Ну, Тёмыч, теперь ты попробуй.
Так же важно, как и папа, изображая могучего волшебника, Ортём встал и страшным, как он надеялся, голосом произнёс заговорку:
˗ Бум-карарабум! ˗ Топнул… Комната поплыла и увеличилась. Недостроенная железная дорога приняла свои нормальные размеры. Все снова дружно захлопа-ли. Ортём с достоинством поклонился и по-величьи поднял руку.
˗ Достаточно. Давайте продолжать наше дело. ˗ и не выдержав, опять рассмеялся.
Часа через четыре всё было готово. Дорога получилась богатая, с развилками, переездами, стрелками, тоннелями, насыпями, тупичками и мостами. Возле двух небольших станций с красивыми вокзальчиками были разбросаны одноэтажные домики под высокими четырёхскатными разноцветными крышами, прорезанными треугольными окнами с каждой стороны. У вокзала побольше, видимо обозначающим город, было несколько домов в два-три этажа, рядом располагалось депо и специальная площадка, где должны были «разгружаться» товарняки. В комплект входило два пассажирских и четыре товарных состава, непохожих друг на друга, с разноцветными тягачами. Каждым можно было управлять отдельно. Был ещё тягач-ремонтник, который, как сказано в инструкции, не управлялся и ездил сам по себе…
Тёме, как законному владельцу, вручили слегка крупноватый основной пульт.
˗ Ну, поехали! ˗ он нажал на кнопку пуска.
Составы тронулись и… вот это да-а-а!.. всё свободное пространство между затейливо петляющими рельсами заполнилось полями, лугами и небольшими рощицами, с мелькающими тут и там местными зверушками. Все было как настоящее! Даже речка. Начинаясь где-то в горах, она протекала под одним из мостов и впадала в небольшое озерцо. А на платформах-перронах и в полисадничках у своих домиков появились малюсенькие фигурки двух- и четырёхруких ольдебаранцев, ладных и по-своему грациозных, в причудливой одежде приятных цветов. И если приглядеться, можно было разглядеть машинистов тягачей и пассажиров в аккуратненьких вагончиках. Даже внутри вокзалов и домов мелькали неясные силуэты. И когда поезд останавливался на станциях, некоторые пассажиры выходили из вагонов и расходились по домам вместе с встречающими. А их место занимали другие, то и дело подходящие к вокзалам и терпеливо ждущие своей очереди, чтобы куда-то ехать по одним им известным делам. Ещё можно было включить ночной режим. И тогда в прозрачной полутьме начинали оранжево-уютно светиться окна домов, вагонов и вокзалов, на перронах, переездах, «разгрузочной» площадке и в депо зажигались фонари, а тягачи освещали себе путь яркими лучами…