— Все включено, не переживай! — он, скинув туфли, прошел в гостиную, и слегка подпрыгнув, сбросил елку на пол.
Она с приятным шелестом шлепнулась на белоснежный кафель, и невероятный аромат хвойного леса тут же заполнил дом.
Я смотрела на то, как он ловко устанавливает ель в подставку, освобождает пушистые ветви от сетки, как ищет лучший ракурс, откуда эта красотка будет выглядеть эффектней. Какое же это наслаждение – наблюдать за тем, как мужчина работает!
— Поможешь, Лида? — почему-то, мое имя он произнес с неким ударением. Странный.
Я подошла к нему на расстояние вытянутой руки, и взяла протянутый конец гирлянды, чтобы обмотать вокруг ели. И надо же мне было вдохнуть его запах именно в тот момент, когда я решила узнать его имя!
— Как тебя зовут? — голос слегка охрип, а колени внезапно стали ватными. Блииин! Как он вкусно пахнет!
— Рома.
Он сделал шаг, и оказался вплотную прижат ко мне. Аромат его тела, смешанный с запахом новогоднего дерева, выбил остатки разума, и я уткнулась носом в его свитер.
Какой же он те-е-еплый…И почему-то родной. Вот, если сейчас он меня поцелует, честное слово не буду возмущаться.
Рома же перекинул за моей спиной гирлянду, и продолжил обматывать ее вокруг елки, как ни в чем не бывало.
Это сразу же отрезвило меня! Ну нормально, нюхать незнакомого мужика? Тем более, когда мысли заняты вообще другим!
— Только вот игрушек нет…— Рома с казал это с сожалением ребенка лет пяти.
— Можно испечь печенье и украсить им!
— Ты умеешь?
Я только успела кивнуть, как Рома подхватил меня на руки и стал кружить.
По венам текло счастье и радость. Мы смеялись искренне, словно знали друг друга сотню лет!
— Отличная идея! — он поставил меня на пол и…
Его губы коснулись моих.
Голова закружилась от неожиданного поцелуя. И порядочная девочка внутри меня пищала, что не стоит, но настоящая я наслаждалась тем, как его язык нагло хозяйничает внутри моего рта.
— Рома, — простонала я, пока он оставлял влажные дорожки на моей шее, — мы же договорились…
— Ты же взрослая девочка, зачем отказывать себе в удовольствии? — шептал он, и теплое дыхание возбуждало еще сильнее.
Я с трудом оторвала его от себя, и спрятала глаза. Мне было реально стыдно, неловко целоваться с мужчиной, которого наняла моя подруга для секса. Наверное, это единственное, что меня останавливало.
— Хорошо. Давай поступим так: если в твоих трусиках влажно, я трахну тебя прямо на этом столе, — он отвел мои руки за спину и зажал своей ладонью.
От его слов, внизу живота все сжалось в предвкушении.
— Если же нет, в чем я сомневаюсь, то я больше не пристаю и с меня праздничный ужин. Идет?
— Можешь начинать готовить! — вырвалась я и побежала по лестнице наверх, но на третьей же ступеньке Ромины руки схватили меня за бедра и потянули назад.
Я упала спиной в теплые объятья, и влажное дыхание опалило за ушком.
— Я еще не проверил, малышка.
Малышка…При этом слове меня сковал какой-то паралич вожделения, и я была готова отдаться Роме прямо здесь, на лестнице. Ведь именно так меня назвал тот парень из клуба, устроивший лучшую ночь в моей жизни.
19. У меня...этот...как его...
Лида.
О, мой Бог! Как же трясутся ноги! Не упасть бы. Хотя, это вряд ли. Он крепко держит меня, и прижимает настолько сильно, что его каменный стояк упирается в мою поясницу. А его ладонь уже шарит по низу живота, нащупывая молнию на джинсах.
Рома легко покусывает шею сзади и тут же зализывает места укусов, и это лишает остатков воли. Я уже плыву… И «плохая девочка» напоминает, что за все заплачено, я свободная женщина и поэтому, могу расслабиться и оторваться по полной.
— Рома…— простонала я, бесстыже подставляя шею для поцелуя, и потерлась задницей о его член.
Ответом было лишь грудное рычание, а его ладони переместились на мою грудь, нежно сжимая ее снизу.
— Нет…— я говорила, и сама же не верила в свои слова. Его невозможно не хотеть!
Он даже слушать не стал. Просто развернул меня к себе лицом, и впечатал в стену, ловко расстегивая пуговицу на моих джинсах.
— У меня…этот…как его…— господи, ну что придумать, чтобы не стать очередной клиенткой профессионального жиголо? — сифилис.
Рома усмехнулся, и продолжил посасывать мои губы.
— Не переживай, я надену презерватив, — его руки уже стягивали джинсы вниз, не преминув захватить и трусики.
— У меня очень сильный сифилис, Ром...— еле дыша произнесла я.
— Хорошо, я надену два! — Рома все же стащил брючины до щиколоток, и я покорно по очереди подняла ноги, чтобы их снять.