Выбрать главу

— Спрошу его, если увижу.

Подумала, стоит поискать снотворное в автомобильной аптечке. Вдруг, я проявила чудеса прозорливости и прихватила с собой таблетки. Без них сегодня не усну.

Тихон сказал, что у него для меня сюрприз, и вышел из кухни. Я снова посмотрела в окно. Деревенская тьма была совсем непохожа на летнюю городскую ночь. Наверное, если выйти за порог, то и дышать будет нечем из-за вязкого воздуха. Показалось, что видела мерцание болотных огней за воротами, словно кто-то чиркал зажигалкой.

Может, все дело в магнитных бурях или вспышках на солнце? В мой организм попало слишком много космической радиации. Я слышала от этого мозги кипят. А отсюда и галлюцинации. Я прижалась носом к стеклу. Ни единого огонька за окном. Похоже, весь свет собрался в бабушкином доме.

Окно я не открыла. Ничего видно не было, кроме моего отражения в стекле. Давно у меня такие круги под глазами? Волосы не мыла неизвестно сколько. Они рыжие и часто пушатся от влажности. Здесь же они лежали покорно на плечах, а высокий глянцевый лоб — точь-в-точь как у покойника.

Я увидела в отражение за спиной внезапно возникшего из-за печки Тихона. На нем вместо черной футболки и джинсов — льняная рубаха с орнаментом и широкие льняные брюки. Вместе с новым нарядом Тихон принес в комнату затхлый запах плесени.

— Смотри, что на чердаке нашел! Идеально село. Девочек тоже хочу нарядить, и завтра так ходить будем. Там и для тебя сорочка есть.

Энтузиазм Тихона я не разделяла.

— Завтра снова дорогу искать пойду. У меня подозрение, что нас местные заколдовали.

Тихон покрутил пальцем у виска и пошел переодеваться.

— Знаешь, как умерла бабушка Марошка? — я шла за ним.

— Не знаю, — его голова застряла в пройме ворота, когда он снимал рубаху, и ответ прозвучал сдавленно.

Бабушку я последний раз видела тридцать лет назад. Помню ее скорее по ночным кошмарам, действие которых часто происходило в Чемерице.

— И я не знаю, — остановилась я посреди комнаты. — Говорили, что она в болоте утонула. А тело не нашли. Хоронили пустой гроб. Раньше я не придавала особого значения этому факту, но теперь это кажется странным. Бабушка всю жизнь провела в деревне. Лес знала как свои пять пальцев. С чего ей в болото соваться?

— Василиса, люди пропадают и гибнут. У нас на кафедре каких только историй не рассказывали. Человек смертен, и при том — внезапно. Стоит ли удивляться? Ульяна сказала, что Марошка жила одиноко, не общалась ни с кем. Местные не сразу спохватились, а когда поняли, что пропала, искать не стали. Решили, что много времени прошло.

Тихон, похоже, и правда заслужил доверие у жителей деревни. Мне они ничего такого не рассказывали.

Я села на продавленное кресло у печки, чтобы согреться. От дневной жары не осталось ни единого напоминания.

— Окажешься в городе, запишись к врачу, — Тихон говорил серьезно. Выглядел ли он обеспокоенным — не уверена, скорее уставшим.

— Тихон, давай, чтобы убедиться в том, что я говорю правду или, наоборот, из ума выжила, ты со мной завтра до поля дойдешь. Если выйдем из леса, то я признаю себя сумасшедшей с чистой совестью. А, если не выйдем, ты поверишь моим подозрениям, и мы вместе будем искать выход. Я одна не справлюсь.

— Ли́са, это уже не смешно. Если я пойду с тобой, то стану потакать твоим страхам. Создаешь проблему на ровном месте, меня нервируешь и детей пытаешься втянуть.

— Если найдем дорогу, я по ней пойду, а ты сюда вернешься. Дом себе забирай и девочки пусть здесь остаются, — я от себя не ожидала таких слов. Не знаю, что толкало меня на такие разговоры, но чувствовала — имею право так говорить.

— Иди спать. — Тихон смотрел на меня сверху вниз. Он так и не присел. Переоделся в джинсы и футболку и остался стоять у окна. — У тебя от переутомления ум за разум заходит. Ты к утру пожалеешь обо всем, что сейчас наговоришь.

Услышала, как хлопнула входная дверь. Не успела подумать, кто пришел в такой поздний час, и почему входная дверь не заперта, как на пороге большой комнаты появилась женщина в длинном сером плаще, голова закутана в шерстяной платок. Я бы вскрикнула от страха, если бы Тихон не признал гостью.

— Ульяна, — подошел к ней, — что случилось?

Гостья обошлась без приветствий.