И крыса решила: «Поднимусь-ка туда, где сидит летучая собака».
Ей удалось подняться на дерево. Но как только она заговорила, собака тотчас улетела прочь и устроилась на другом дереве. Его плоды она тоже любила. Крыса спустилась вниз и вскарабкалась на другое дерево. Собака заметила ее и хотела улететь.
Но крыса крикнула ей:
— Не улетай! Ничего, что это не твое, а мое дерево. Подожди, мне хочется с тобой поговорить.
— Ладно, я подожду, но что это у тебя за дело? О чем ты хочешь поговорить?
— Скажи, пожалуйста, почему ты без моего разрешения ешь плоды моего дерева? Только я могу есть их.
— Ты права, крыса, извини меня.
А крыса продолжала:
— Я не сержусь на тебя, напротив, я предлагаю дружбу. Я не буду тебя прогонять, прилетам сюда, пожалуйста, и ешь сколько хочешь.
— Ладно,— отвечала собака,— будем друзьями.
Вскоре крыса сказала:
— А тебе не страшно, когда ты летаешь высоко в небе? Когда я смотрю вверх, мне очень хочется туда, где ты летaeшь.
— Нет, крыса, мне не страшно.
— Это правда?
Я не из робких.
— Если б мне когда-нибудь это удалось! Будь добра, одолжи мне твои крылья. Мне хочется научиться летать. А заодно я проверю, настоящий ли ты мне друг.
— Я охотно одолжу тебе крылья, и ты увидишь, как хорошо летать! Но не летай далеко!
— Нет, я только долечу до дерева и вернусь обратно. А ты тем временем угощайся плодами.
Летучая собака сняла с себя крылья и надела их на крысу.
— Возьми мои вещи на сохранение, они мне будут мешать,— сказала крыса и отдала собаке хвост и четыре ноги.
Собака еще раз напомнила:
— Возвращайся скорее, крыса!
— Ладно, я скоро вернусь, оставайся здесь и ешь досыта.
Крыса улетела, а собака ела плоды и видела, как крыса летела все дальше и дальше. Собака поняла, что крыса не собирается возвращаться, заплакала и стала жаловаться:
— Ауэ, ауэ! Крыса меня обманула. Она улетела с моими крыльями.
Такова история летучей собаки, у которой украли крылья и которая поэтому теперь живет на земле. А крыса с тех пор называется летучей собакой. Об этом есть даже поговорка, которую вспоминают, когда один вождь проведет другого: «Разве ты не знаешь, как дружили крыса с летучей собакой?»
На северной стороне острова Савайи, в местности Сафоту, в маленьком, удаленном от берега селении Паиа, жил вместе со своей семьей человек по имени Самаусаутеле. Родом он был с одного из островов, лежащих к западу от Самоа. Его лодку принесло течениями к острову Савайи, и Самаусаутеле поселился среди самоанцев. Он женился на дочери одного из вождей из селения Паиа, и вскоре у него родился сын, которому дали имя Тауматаму.
Когда Тауматаму подрос и стал юношей, он совершил путешествие в маленькое селение Ваиваи, которое находится в местности Туфу, в южной части острова. Там он встретил Муалепусо, дочь Мапусуа. Девушка понравилась ему, и Тауматаму на ней женился. Пока не родился первенец, Тауматаму жил у родичей Муалепусо, а потом вместе с женой и сыном отправился на родину.
Путникам пришлось заночевать в прибрежном селении Фонгапоа. Как раз в это время там оказалась Фитимаупалонга, женщина-вождь с острова Тонга. Она приплыла на Савайи, чтобы найти себе мужа среди самоанских вождей16. Большая лодка Фитимаупалонги стояла на якоре, а паруса были разложены на берегу для просушки. Тонганцы заняли все дома в селении, и Тауматаму с его спутниками пришлось провести ночь под открытым небом 17. Они спали на плетеных парусах тонганской лодки, которые сушились на берегу. Рано утром путники отправились дальше, но в спешке забыли ребенка. Завернутый в циновки, он крепко спал. Муалепусо со своими слугами и служанками, которые несли все вещи, намного опередила мужа и его людей. Тауматаму шел налегке, сопровождаемый толпой красивых юношей. Ими любовались жители всех селений, которые они проходили. Наконец и муж, и жена, и все их люди остановились в селении Амоа, где решили заночевать. Только тут отец и мать хватились, что ребенка с ними нет. До этого Тауматаму был уверен, что мальчик с матерью, а Муалепусо думала, что его несет отец. Обнаружив, что сына нет, Тауматаму поспешил обратно в Фонгапоа.
Там он увидел, что тонганцы уже подняли паруса и вот-вот отплывут. Тауматаму почтительно обратился к Фитимау-палонге.