Аку-аку вошли в пещеру и развязали циновку. Они дали Уре яд. Но он съел мясо цыпленка.
Как только они отвернулись, Уре взял яд и бросил его старухе. Но аку-аку увидели, что он не умирает, и сказали:
- Старуха была здесь. Вот почему Уре не умирает.
И аку-аку закричали старухе:
— Сейчас мы тебя зарежем.
Они пошли вниз, чтобы убить старуху. Но она убежала в щель под камнем. Аку-аку стали тыкать в нее копьем и спросили:
— Больно тебе?
Старуха отвечала:
— Не очень.
Аку-аку снова спросили:
— Отрезали мы тебе ноги?
Старуха ответила:
— Нет, мои ноги целы.
Аку-аку снова спросили:
— Отрезали мы тебе голову?
Старуха ответила:
— Нет, моя голова цела.
Наконец аку-аку устали и вернулись к себе домой, бросив Уре в пещере.
Старуха осталась заботиться об Уре.
Однажды вышла лодка за рыбой атуре, которую используют для приманки тунца. Уре увидел лодку и запел:
Ветер, подуй! Ветер, подуй!
Ветер, спой!
Волнистые волосы аку-аку Кавакава-Аро, Кавакава-Туа.
Уре пел все время, пока лодка шла в море. Люди в лодке услыхали его.
Отец Уре наложил табу на землю. На Апинануи не разжигалась ни одна земляная печь, не зажигался ни один огонь, не играл ни один ребенок, не веселились ни женщины, ни мужчины.
Как-то те, кто слышали пение Уре, пошли на Рано-Као и спустились в кратер вулкана за мхом, чтобы конопатить лодки. На обратном пути они проходили через Апинануи. Жена сказала отцу Уре:
— Посмотри, оттуда идут двое мужчин.
Он ответил:
— Пусть придут.
Женщина возразила:
— Но ведь это место — табу.
Отец сказал:
— Не беда. Пусть придут.
Двое мужчин подошли и приветствовали отца Уре. Отец Уре собрал дров для земляной печи и приготовил цыплят и батат. Потом он пригласил мужчин в хижину. Мужчины сказали:
— Мы пришли сказать тебе, что слышим каждый день одну песню в своих лодках.
И они повторили песню Уре. Отец Уре вскрикнул. Мужчины сказали:
— Завтра мы отправляемся в Махатуа, так что ты сможешь сам убедиться.
Трое мужчин прибыли в Махатуа и остановились там собирать морские водоросли. Потом они отправились спать. На следующий день они ушли оттуда и стали грести на место, называемое Хака-Каинга.
Уре увидел лодку. Он запел свою обычную песню.
Лодка вернулась на берег, и отец Уре простился с мужчинами. Он вернулся на Апинануи, собрал рыбу, угрей и осьминогов. Он подготовился к большому празднику и пригласил на него много людей. После праздника люди решили помочь отцу Уре. Они принесли к горе Пареха пищу и рыболовные сети. Там отец Уре наделил каждого рыбой, раками и осьминогами.
Уродливая девушка по имени Анга Иху Море Aпy, дочь Пуакатики, тоже получила свою долю рыбы, угрей и раков. Уродливая девушка сказала:
— Это нехорошо, мы пришли сюда не затем, чтобы есть, а чтобы помочь Уре.
Тогда люди связали вместе все сети. Дочь Пуакатики вошла в сеть, и они опустили ее в пещеру, где был Уре. Люди крикнули Уре:
— Скатай свою подстилку и одежду, положи их в сеть и сам войди туда же, тогда мы сможем тебя поднять.
Уре скатал свою подстилку и тапу, положил их в сеть, а потом сам забрался в нее.
Дочь Пуакатики крикнула:
— Поднимайте!
Люди на вершине стали поднимать их наверх. Наконец они вытянули их. Отец был очень рад, что вернулся его сын. Потом все вместе отправились на Апинануи.
Злой аку-аку из Хоту-ити возненавидел одного воина из Ханга-о-Хону37. Он похитил душу воина и положил на аху Ханга-те-Тенга, чтобы убить ее. Но аку-аку по имени Меху из Бухты Черепахи узнал об этом и закричал другим аку-аку:
— Эй, что вы там сидите?
И позвал Ахива-Карарере, Мата-Варавара, Аху-Рахи и Паепае38 из Тари Вера. Эти три аку-аку отправились в Пуи. Начался ливень. Паепае спустился вниз и открыл широко двери своего дома. Злой аку-аку, стороживший душу воина, заметил, что приближается ливень. И он побежал так быстро, что даже дождь не догнал его. Он вошел в дом Паепае. Ни одного аку-аку не осталось на Ханга-те-Тенга. Тогда Ахива-Карарере пошел на аху и оживил душу воина. Душа села на птицу, которая пролетала в это время мимо. Мата-Варавара увидел, что душа воина спаслась и вернулась в Ханга-о-Хону. Аку-аку возвратили душу в тело воина. Затем Паепае и остальные аку-аку вернулись в свою страну.