— Ты много лет ухаживал за мной, и вот сегодня я пришла проститься с тобой.
Ван Юй недоумевал, ведь раньше он никогда не видел эту женщину, как же он мог ухаживать за ней. Сомнение закралось в его сердце.
— Я дам тебе три плоских камня, — сказал мужчина, — поставь их в виде больших ворот, заходи туда и бери, что понравится, только помни хорошенько: как войдешь — не произноси ни слова.
С этими словами он протянул Ван Юю три темных камня, блестящих и гладких. Не успел юноша слова сказать, как мужчина и женщина исчезли.
Ван Юй и Ин-чжу вышли за ворота, но и там ничего не увидели. Только в небе сверкнули два расписных паланкина, окруженные множеством птиц, а через мгновение и они исчезли. Близился рассвет. Ван Юй и Ин-чжу побежали в сад, смотрят, а самого большого куста пионов нет. Понял тут Ван Юй, что женщина и была самым красивым и высоким пионом в его саду, а мужчина — Фениксом.
Поставил Ван Юй три камня, и выросли перед ним высокие ворота. Вошел, а там — налево лежит золото, направо — серебро, дальше — медь, железо, изумрудная яшма и драгоценные каменья. Чего только там не было! Взял Ван Юй горсточку серебра и вышел, а на земле по-прежнему лежат три камня. Ин-чжу с нетерпением ждала его. Увидела она, что Ван Юй принес серебро, удивилась и обрадовалась. Пошел Ван Юй в дом к Ин-чжу и отдал серебро отчиму. Тот взял серебро и согласился отдать Ин-чжу.
С тех пор Ин-чжу и Ван Юй стали жить вместе. Жили они дружно. Ван Юй усердно работал в саду, а Ин-чжу разводила огонь и готовила ему пищу.
Однажды в дом к Ван Юю пришли мать и отчим Ин-чжу. Не успел отчим сесть, как сразу же заговорил о том, что хочет получить еще серебра. Достал Ван Юй свои камни, поставил их, и сразу же появились большие ворота. Ван Юй и говорит отчиму:
— Войди в ворота и бери все, что понравится, только ни слова не произноси.
Отчим вошел в ворота, выбрал большой слиток золота, вынес его, положил и говорит жене:
— Теперь давай войдем вместе, так мы сможем унести гораздо больше золота.
Вошли они в ворота вдвоем. Опять взял отчим большой слиток золота. И вдруг видит, что у жены в руках медь. Заволновался, забыл о словах Ван Юя и как крикнет:
— Да это же медь!
Только произнес он это, как стало совсем темно и вокруг выросли каменные стены.
Ван Юй и Ин-чжу увидели, как рухнули ворота, три камня исчезли, и лишь где-то вдалеке гулко отозвалось эхо. Перепугались они, а вскоре узнали, что рухнула большая гора, где-то на северо-западе.
С тех пор отчим и мать Ин-чжу больше не появлялись, и никто не знал, где они.
Золотая птица
Случилось это в прежние времена. К югу от города Куньмина жила одна семья по фамилии Ша — трое братьев и старенькая мать. Старшего звали Ша Исянь — Ша Мудрый, среднего — Ша Ичжэнь — Ша Правдивый, а младшего — Ша Идэ — Ша Добродетельный. Трое братьев были сапожниками, трудились изо всех сил, но ели не досыта, одевались не тепло.
И вот как-то раз в один из годов зарядил на много месяцев мелкий дождик, тонкий, словно хлопковые нити. Остались трое братьев без работы, незачем им крышку котла открывать — пусто в нем, вся семья голодная сидит. Изголодались за день, а ночью им всем приснился одинаковый сон. Утром встали, Ша Исянь и говорит:
— Этой ночью приснился мне удивительный сон. Видел я, как прилетела золотая птица, вся золотыми лучами сверкает. Куда золотой луч упадет, там все новым делается. Упал золотой луч на наш дом, тотчас он стал как новый. Упал золотой луч на нашу маму — и опять она молодая, попал золотой луч в комнату, стол, стулья, скамейки — все стало новым. Наша рваная одежда превратилась в новую, мушмула у нас во дворике вся желтыми плодами покрылась. У ворот множество людей стоят, все в новой одежде, и нас зовут. А мы-то вовсю стараемся, туфли шьем, торопимся, спешим, да на всех успеть не можем. От радости у нас и рты не закрываются, от радости-то я и проснулся.
Раскрыла мать широко глаза, сына слушает.
— Ха-ха, — засмеялся тут Ша Ичжэнь, прервал старшего, — и я во сне точь-в-точь то же самое видел.
— Вот дивно, мама! Я ясно-ясно помню, и мне золотая птица привиделась. Когда она над нашей крышей пролетала, крыльями хлопала, — сказал Ша Идэ.
Заморгала тут мать глазами и говорит:
— О боже, я ведь тоже такой сон видела. Все в новом платье, чаны рисом полны, на плите масло стоит, соль — всего полно. Куча хвороста до самого карниза поднялась, а чашки в доме все фарфоровые. Пошла я по воду, а вода из колодца сама в ведра бежит. А еще каждый из вас по мудрой жене в дом привел.