Патрик был сбит с толку. Просыпающаяся где-то в глубине души детская вера в чудо спорила со взрослым умом и практичностью. Ум упрямо твердил, что такого быть не может, потому что такого не может быть никогда, а вера смеялась наперекор: «Может! Всё может быть! Всё есть, открой глаза и увидишь!»
Несколько дней Пат был задумчив и рассеян, почти не разговаривал со своими близкими; он то перелистывал найденную книгу, вглядываясь в строки, то называл сказки чушью, но, забросив книгу в дальний угол, снова тянулся за ней. От родителей это, конечно, не укрылось, но они не вмешивались: чувствовали, что сын стоит на пороге решения, настолько важного, что принять его можно только самостоятельно, без чьей-либо подсказки.
— Я отправлюсь искать Доктора Тондресса, — объявил он наконец, и в его глазах вновь сияло солнце. — Я ещё не знаю, что скажу ему, когда найду… — Пат запнулся на секунду и добавил: — Если найду. Может быть, я вернусь домой ни с чем, но должен хотя бы попытаться.
Несмотря на то, что сын решил оставить прежнюю жизнь и отправиться в неведомые дали, Эжен и Лилиан благословили его в надежде, что Патрик отыщет свой путь и, самое главное, не позабудет дорогу домой.
Патрик искал Доктора Тондресса больше года. Он встречал на своем пути многих людей, которым Доктор когда-то помог, и его уверенность в том, что волшебник действительно существует, что сказки не выдумка, крепла с каждым днём. Патрик проделал длинный путь, но повстречать Доктора всё никак не удавалось.
И вот как-то раз он приплыл с попутным торговым кораблём в одну деревню, и там ему сказали, что видели Доктора недавно, и он направляется на север. Патрик обрадовался, но его предупредили, что нужно будет преодолеть высокую гору, отделяющую деревню от внешнего мира. Молодой человек не испугался этого препятствия и смело пошёл вперёд.
Патрик уже перебрался на другую сторону горы, как вдруг началась гроза. Сверкали молнии, громыхал гром, и гора содрогалась так, что сошло несколько оползней — Пат чудом их избежал. Начался сильнейший ливень, Патрик промок, замёрз и очень устал. С трудом среди скал он нашёл небольшую пещеру, где и решил переждать грозу. По счастью, в пещере Пат обнаружил сухой хворост и смог развести костёр. Согревшись и немного обсохнув, он начал засыпать.
Но вдруг среди шума грозы он различил конское ржание, и сон будто рукой сняло: Патрик выскочил из пещеры прямо под ливень и увидел пегаса и сидящего на нём мужчину в шляпе, с полей которой ручьями стекала вода. Волшебный конь мягко опустился на каменный выступ.
— Здравствуй, Патрик. Я слышал, ты искал меня, — незнакомец улыбнулся.
— Доктор Тондресс… — выдохнул Пат, не веря своим глазам.
Мужчина кивнул и приподнял шляпу — точь-в-точь, как на том ожившем рисунке в книге сказок!
— Это вы послали мне книгу? — спросил Патрик, не замечая, как струйка воды льётся ему за шиворот.
— Не совсем. Эта книга появляется лишь у тех взрослых, которые когда-то всем сердцем верили в чудо, а потом забыли об этом. Кто-то не замечает эту книгу, и она остаётся лежать в книжном шкафу или на чердаке, забытая и ненужная, а кто-то… — Доктор Тондресс выразительно посмотрел на Патрика. — Ты стряхнул пыль не с обложки: ты стряхнул её со своей детской мечты, и, конечно, она ожила в тебе.
Доктор тепло улыбнулся и протянул ему руку, и Пат, не раздумывая ни секунды, быстро взобрался на спину пегаса, и они скрылись за пеленой дождя.
— Поверив в чудо, как когда-то в детстве, Патрик исполнил свою мечту, нашёл Доктора Тондресса и стал его Помощником, — закончила сказку Жюли. — И, конечно же, не забыл поблагодарить Дока за то, что тот спас его и маму.
Тут в палату заглянул Зам и быстрым движением руки позвал Жюли.
— Мне пора идти, — сказала Жюли. — Спокойной ночи, дорогие! — и она, погасив свет, торопливо вышла в коридор.
— А я-то считала, что солнце в глазах Патрика мне всего лишь померещилось… — вдруг задумчиво проговорила Даня. С этой мыслью она и уснула.
Вечер одиннадцатый. Сказка о белой львице
Посвящается львице Герде.
Время с самого утра текло вяло и медленно, и день, начавшийся вечность назад, ленился заканчиваться. Помощники снова разъехались по всему свету, Элен пропадала в лаборатории: девочкам тоже нужна забота и внимание, иначе вся терапия пройдёт даром, а этого допускать никак нельзя. Сама Жюли с самого утра возилась в саду: обещала Патрику приглядеть за розовыми саженцами, пока тот в отъезде.